Ograblenie po-serbski: Белград и лихие 90-е » E-news.su
ЧАТ

Ograblenie po-serbski: Белград и лихие 90-е

19:51 / 11.01.2019
627
1
Продолжаем публиковать криминальные истории, вдохновлённые культовым советским мультфильмом «Ограбление по…». На этот раз действие разворачивается в сербском Белграде в лихие 90-е…


Осень

Белград, конец 90-х

Крендель, малолетка лет 12-ти в поношенной куртке, выскакивает из пекарни на Господской улице и несётся сломя голову, лавируя между прохожими. За ним бегут две женщины. Старшая быстро отстаёт и захлёбывается кашлем. Крендель протискивается между домами, прижимая к груди огромный поддон со слоёным пирогом.

— Стой, говнюк! — кричит молодая работница, хватая его за куртку.

Мальчишка вырывается.

— Держите вора! Люди, на помощь! Вон он, на Главной!

Крендель сворачивает, забегает в подъезд, проскакивает дом насквозь и натыкается на первую преследовательницу.
— Ага!
— Чёрта с два! — огрызается беспризорник и снова бежит, петляя по дворам и подворотням.


В тупике за торговым центром «Гламур» он останавливается и осматривается. Огибает мусорный контейнер, открывает дверь и спускается в подвал. Пирог он ставит на ящик, накрытый газетами, где уже стоят пивные банки, пепельница и розовый стаканчик с йогуртом.

— Вот. Украл. Сам. Только что. Ещё тёплый, — мальчишка сбивчиво тараторит, не поднимая глаз. — Теперь возьмёте в команду?

Хмурый, высокий парень вскакивает и хватает Кренделя за горло левой рукой. Это Князь, он же Сашка, он же Капитан. Также известен как Принц подземелья. Короткая стрижка, классические черты лица искажены болью. Он воевал с 91-го по 95-й. Награды, ранения, ПТСР. Приговорён заочно.

Правой рукой Князь бьёт в стену в сантиметре от уха Кренделя.
— Мы не воруем. Усёк? Катись-ка…
— Так, Князь, остынь, — раздаётся приятный баритон. — Пирог отличный, парень смекалистый. Ты сначала позавтракай.

Полноватый любитель пирогов с небольшой бородкой потихоньку высвобождает Кренделя из хватки Князя.

Третий обитатель подвала молча ест, отрывая куски руками.

— Вон и Смертушка проголодался.
В руке Князя появляется нож.
— Откуда знаешь про подвал?

— Да мой это подвал! — Крендель пятится, но пытается хорохориться. — Жил я тут ещё прошлой зимой. Ну, это, помнишь… ты тогда на красной, этой, бэхе по набережной гонял. Ну? Зима, блин, а ты на бэхе, туда-сюда. Меня прокатил один раз.


— Врёшь!
— Не вру. Я тогда у Дома с часами сидел, околевал, думал подохну. Встать не мог. Ты подъехал, растряс меня, усадил в машину, водки дал.
— Сказки.
— Да ты пьяный был, вот и не помнишь, — тихо говорит Крендель. — Пусть Толстый подтвердит. Я ему подвал показал.

(Толстый, он же Деян, Деки — сын православного священника из Боснии. Воевал, но немного. Криминал не любит, но деваться некуда).

— Короче, — Князь ножом указывает на дверь, — сейчас бэхи нет, времена изменились, так что…

— Да в курсе я. Весь Белград в курсе. Принц подземелья разругался с Королём. Тоже мне… — Крендель заглядывает Князю в лицо. — Можно я останусь?

— Так, сначала пожуём. — Толстый садится на ящик и придвигает к себе самодельный стол.

Рядом садится Князь, с опаской подходит к столу Крендель.

— Господу помолимся. Господи, помилуй, — нараспев говорит Толстый.

Все крестятся, кроме Смерти. (Смерть — это просто Смерть. Везде таскается за Князем).

Зима

Окна Вин-банка украшены гирляндами и красными ёлочными шарами. По Главной улице гуляют горожане. Слышится рождественская песня Božić, Božić, blagi dan. С заездом на тротуар перед входной дверью останавливается большой чёрный джип. Из него выходят двое мужчин. Дверь банка распахивает охранник. Двое заходят в банк, джип отъезжает. Пение приближается.


— Мистер Хопкинс, добро пожаловать, — мужчин встречает Вишня, сотрудница банка. Она говорит по-английски и деланно улыбается. — Сюда, пожалуйста. Всё готово.

В глубине зала виднеется ещё один немолодой охранник. Двое банковских служащих, Тома и Ружица, спешат навстречу клиенту. Хопкинс скидывает пальто на руки своего телохранителя и берёт у него кейс.

— Мой начальник службы безопасности — мистер Фримен, — представляет Хопкинс своего спутника.

Сербы кивают и улыбаются ещё сильнее.

Рождественская песня звучит совсем рядом. В окна видны три священника в парчовых ризах — двое в золотых, один в белой.

— Смотри! — Вишня украдкой указывает Томе на окно, и её лицо на мгновение становится похожим на человеческое. — Это они поют.

— Боже, с ними ещё и ангелочек! — шепчет Ружица.

Рядом со священниками скачет вприпрыжку ребёнок в белой рясе с приделанными за спиной крылышками.

Священники заходят в банк.

— Мир божий! — громко говорит стоящий посредине толстый священник в белом. К нему направляются банковские охранники. — Христос родился! Сын Божий пришёл в наш мир! Всем лечь на пол! Это ограбление!

Из-под ризы «священник» достаёт автомат и даёт очередь в потолок. Его напарники синхронно вырубают прикладами охранников и целятся в Хопкинса и Фримена.

Фримен выхватывает пистолет, стреляет в священника в белом и тут же прячется за колонну. Белый валится с ног. Ангелочек отбирает у вырубленных охранников пистолеты.

— На пол! Руки за голову! Ты тоже! Лежать!

Лежат все, кроме Хопкинса и его телохранителя.

— Да ты знаешь, кто я такой! — с надрывом на чистом сербском орёт Хопкинс. — Вы с кем связались, придурки? Я зять Короля! Не жить вам! — Правая рука Хопкинса засунута за полу пиджака. — Вас завтра же…

— Жаба, ты что ли? А говорили, американец приехал, денег в банк привёз…

— Князь? — Жаба сбит с толку. — Не убивай, родненький, — канючит Жаба. — Христом богом молю… Деньги бери, полмиллиона здесь.

Жаба выхватывает пистолет и стреляет в Князя, но попадает в Кренделя. Крендель падает. По белой рясе расплывается красное пятно.


Смерть стреляет Жабе в голову, кровь брызжет на золотую ризу. Толстый кряхтит и неуклюже встаёт, опираясь на автомат. Накладная борода съезжает набок.

Князь и Смерть молча обмениваются жестами и подходят к колонне, за которой прячется наёмник.

— Выходи, Ститчер, пора платить по счетам. — Князь срывает бороду, скидывает камилавку и целится в американца. — За Госпич, за «Масленицу», за Грубари, за Вариводе.

Ститчер стреляет, выкатывается из-за колонны, хватает Вишню и прикрывается ею.

— Let me go or I’ll kill her, — пистолет Ститчера у виска Вишни.

Князь жестом приказывает Смерти и Толстому не стрелять и молча смотрит, как Ститчер, держащий Вишню горловым захватом, пятится к выходу.

Лежащая на полу Ружица внезапно ставит Ститчеру подножку. Наёмник падает на спину на мраморный пол и раскалывает череп. Князь целится в него, но Толстый берёт Князя под локоть.

— Не трать патрон. Он уже в очереди в расчётную кассу.

— Грубари, Грубари, — шепчет Ружица и заливается слезами.

Князь даёт ей руку и помогает встать.

— Деньги брать будете? — деловым тоном спрашивает Ружица, вытирая кулаком слёзы и размазывая косметику.

— А… деньги? Да, спасибо, — рассеяно отвечает Князь, всё ещё рассматривающий Ститчера. — И записи с камер наблюдения тоже давай.

Весна


Князь с Кренделем несутся по Белграду в спортивном кабриолете. На оживлённом перекрёстке Князь тормозит и разглядывает девушку в машине, которая остановилась слева. В этот момент справа встаёт джип без номеров. Из окон по кабриолету стреляют из автоматов. Джип скрывается, девушка выскакивает из машины и бежит к окровавленному кабриолету. Князь и Крендель мертвы.

Лето
— Меня зовут Сретен Митрович. Я адвокат господина Кралича. Проводите меня к нему незамедлительно.

Бельгийские полицейские в следственном изоляторе Сент-Юбер проверяют ордер, адвокатское удостоверение, паспорт, а также небольшой кожаный кейс адвоката.

— А что с господином Петровичем? Ведь раньше он был… — бельгиец умолкает при взгляде адвоката. — Телефон придётся сдать. Благодарю. Теперь, пожалуйста, следуйте за мной, я вас провожу в кабинет для свиданий.

В кабинете адвокат садится спиной к двери. Через несколько минут приводят задержанного — Короля сербского подземелья.

— Где Бранко? Что ещё за фокусы? — говорит Король, подходя к столу. И сразу же пятится в ужасе. — Ты‑ы?

Смерть встаёт. В руке у него пластиковый нож, замаскированный под авторучку.

— Слушай, слушай, я ведь не при чём, — сипит Король. — Я не приказывал его убивать, ты же знаешь. Он всегда был мне как сын. Клянусь, это не я…

Смерть заносит нож и чиркает Королю по горлу. Король продолжает судорожно открывать рот.

Варвара Стешевич

Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter (не выделяйте 1 знак)

Не забудь поделиться ссылкой


http://xa-xa.su
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
  1. +1
    poplavok
    Читатель | 2 499 коммент | 12 публикаций | 11 января 2019 21:40
    демократия, блять.......
    а поковырять, так твои пархатые собратья обнаружатся, Иуда хуев
    нам даже оружие боялись выдавать...
    Показать
Для того чтобы оставлять комментарии на сайте вам необходимо зарегистрироваться на сайте или войти через социальные сети
Прокомментировать
Отправить (необходима регистрация)