Под снарядами ВСУ бойцы ДНР продолжают думать о мире » E-news.su
ЧАТ

Под снарядами ВСУ бойцы ДНР продолжают думать о мире

10:29 / 12.06.2018
679
0

Обстрелы окрестностей Горловки украинской армией не прекращаются ни на один день, но более чем за четыре года войны бойцы на передовой и жители «серой зоны» научились жить в подобном режиме

За оборону участка «садовой» части линии разграничения отвечают крепкие горловские парни. Их командир – бывалый воин с позывным «Толстый». Под стать своему армейскому прозвищу – крепко сбитый, дюжий мужчина средних лет. Но несмотря на то, что сейчас его дело - война, он не меньше, чем обычные жители ДНР, мечтает о мире.

За столько лет мы устали от войны настолько, что когда есть возможность, стараемся о ней не говорить, – признается «Толстый». – Вспоминаем, как подтрунивали друг над другом, например, нашему товарищу разрисовали лицо, пока он спал, а потом он имел довольно бледный вид перед внезапно нагрянувшим утром на позиции начальством. О женщинах говорим, само собой, о довоенной жизни. Я всю жизнь на шахте проработал. Пока они (показывает в направлении украинских позиций) на майданах скакали, мы работали, выживали, поднимали экономику Украины.

А им Украина не нужна была, они хотели в Европу... Почему у них так быстро сформировались добровольческие батальоны? Да потому, что работы не было, молодежь по улицам болталась. И сейчас работы нет. Но власти кинули клич: вступайте в ряды, воюйте, вот и поехали тысячи, чтобы зарабатывать, здесь, на Донбассе убивать, мародерствовать, а потом с награбленным возвращаться домой и рассказывать всем, какие они герои».

Так разговор все равно скатывается в политику, от которой в общении с каждым новым человеком дончанам, конечно, не уйти. У «Толстого» в Горловке жена и трое детей. Их дом уже успел пострадать от обстрелов вражеской артиллерии, а семья – четыре месяца посидеть в погребе. Старший сын командира в 21 год тоже пошел воевать, потому как, считает «Толстый», он его правильно воспитал – настоящим русским патриотом. При этом служит он в другом подразделении, дабы избежать кумовства.

С украинской стороной он не согласен принципиально, – не без гордости отмечает командир. – Да там изначально не шли на диалог с нами, разговаривали с Донбассом исключительно языком ультиматумов. Когда мы поднимались в 2014 году, то, конечно, хотели вернуться в Россию, думали, проведем референдум и через два с половиной месяца будем уже в России. И никто не думал тогда, что потом будем так долго воевать, уже четвертый год пошел».
Эти крепкие донбасские мужики очень устали от отсутствия нормальной жизни. Вспоминают жизнь до майдана, о том, как жили, пусть без изысков, но в относительном достатке. И сравнивают с тем, что теперь, когда при российских ценах в магазинах за самую высокооплачиваемую работу в республике – опасное ремесло военного – платят 15 тысяч рублей плюс три тысячи за боевые. Это уже не говоря о 2-2,5 тысячах пенсии для стариков... Сам «Толстый», например, выживает благодаря тому, что держит скот, для себя и на продажу.


Бойцы ДНР патрулируют «серую зону». Фото автора

Крутой поворот

Горловские бойцы довольно часто вспоминают 2014 год, который для каждого из них стал поворотным. А точнее, той точкой, после которой жизнь каждого из них круто переменилась.

Помню, как в Горловку прилетел снаряд от «Града». Я тогда сидел у друга вместе с его парализованной матерью, получил контузию, сильно поранило битым стеклом, – вспоминает молодой боец с позывным «Добрый». До того, как война пришла в его дом, он работал компьютерщиком и программистом. – Я вынес женщину на руках, потом приехали ополченцы, зафиксировали разрушения, отвезли ее в больницу. Я же, когда все зажило, решил больше не мириться со всем этим и ушел в вооруженные силы Донецкой народной республики. Вся семья у меня в Горловке, правда, младших сестер перевезли в Россию. Но жена со мной, недавно у нас дочь родилась. Мои, конечно, натерпелись. Мы жили в пригородной Гольме, которую и по сей день обстреливают, были там даже под атаками украинской авиации. Сейчас я перевез их в Горловку, в самый центр города, туда пока не долетает. Я надеюсь, что рано или поздно все это закончится, мы войдем в состав России и станем жить как полноценные российские граждане».

Но пока это прекрасное будущее выглядит не сильно близким. А в настоящем, собственно, до позиций ДНР возле дачной окраины пока долетает более чем хорошо. Правда, той ночью, когда в гости к бойцам приехал обозреватель Царьграда, было относительно тихо: «бухали» минометы, стрекотало стрелковое, но прицельных боев не было. Бойцы отметили, что, видимо, ушел на ротацию украинский «безумный пулеметчик» – так они между собой окрестили боевика, который не мог спокойно заснуть без того, чтобы не выпустить по ребятам ленту-другую из своего «Утеса» (крупнокалиберного пулемета).

Бойцы рассказывают, что ночная активность украинцев обусловлена тем, что в темное время суток им гораздо удобнее доставать своих визави из вооруженных сил республики. Украинские позиции по сравнению с укреплениями ДНР расположены в низине, и потому солнце им совсем не союзник, бьет в глаза. А ночью они выпускают на разведку беспилотники. Впрочем, не только. Пока мы общались, командиру пришла информация, что возле соседнего Зайцево была замечена ДРГ противника, которая после обнаружения быстро скрылась.

Земля в плену

При этом территория, занятая ВСУ, из блиндажей республиканских вооруженных сил видна прекрасно. Поля, крыши домов, купола церквей, трубы заводов – все как на ладони. Особенно больно смотреть на это бойцу с позывным «Красик» – огромному, не менее здоровому, чем его командир, добродушному дядьке, которого шахтерская судьба заносила даже на Кузбасс. А вот домой – в родной Красноармейск, который сейчас контролируется Украиной, он вернуться не может. Не может побывать и на могиле отца, который скончался на следующий же день после того, как к нему в дом ворвалась шайка боевиков СБУ, местного МВД, а также представителей нацбатов, все перевернула, силясь найти хоть какую-нибудь информацию о его сыне-ополченце, грубя и оскорбляя пожилого человека... Об этом огромный мужчина говорит, едва сдерживая слезы.

Даже мой родной город украинцы переименовали, – рассказывает «Красик». – Хотя свой позывной я придумал в его честь. Я 17 лет отработал проходчиком и сейчас уже три года как был бы на пенсии, если б не начался майдан. На референдуме 11 мая о независимости ДНР в моем родном городе убили двух человек, и один из них был моим хорошим приятелем, работали вместе. У него остался маленький ребенок. Явка на референдум у нас была стопроцентной. Но тогда на машинах «Приватбанка» заехал батальон «Днепр», они заняли исполком и открыли огонь по людям. Моего знакомого ранило в ногу, пуля перебила артерию, он умер до приезда скорой помощи. А я приехал в Горловку и пошел в ополчение».

На войне «Красик» видел разное, в том числе он дважды чуть не попал под фосфорные снаряды, которые украинские слуги США навострились использовать вслед за своими хозяевами.

Нас забрасывали ими и в 2016-м, и в начале 2017-го, очень страшное зрелище, когда на тебя с неба спускается столп пламени, горит и плавится даже земля... Нам повезло тогда, что все это упало метрах в 30 от нас. Слава Богу, на наших позициях никто не пострадал, но я видел тех, кому не повезло – это жуткое зрелище. Самое страшное – что белый фосфор невозможно потушить, он прожигает все… Но самый сложный момент для меня - когда начинают стрелять по городу, а ты стоишь на первой линии и ничего не можешь сделать, потому что Минские соглашения. Во время боя никогда не страшно, страшно после, когда сидишь и понимаешь, что остался жив».



Будни «серой зоны»

Во внешне беспечном дачном товариществе, на деле, все тоже не так ладно, как кажется на первый взгляд. ВСУ 14 раз повреждали местную линию электропередач. В итоге после последнего, рокового повреждения, пришедшегося на 23 ноября прошлого года, в Донецке махнули рукой и на очередной запрос от местных ответили, что восстановление электроснабжения невозможно по причине интенсивных боевых действий.

Тем не менее, в 60 домах (правда, до войны обитаемых домов было на три сотни больше) и по сей день живут люди, причем круглый год. Держат птицу, скотину, выращивают овощи и фрукты. Это в основном пожилые люди, но многих навещают дети и внуки из Горловки. Потому как отдыхать жителям шахтерского края, кроме дач, особо и негде. При этом более четырех лет постоянно жить как взведённая пружина тоже невозможно.

Председатель дачного товарищества сейчас занимается его перерегистрацией в соответсвии с законодательством ДНР. А также пытается получить паспорт ДНР. В 1993 году уроженец Армении Вардан Асатрян переехал в Россию, а в 1997-м – на Украину, в Горловку. Снабжал украинские предприятия российскими запчастями, но к 2013 году решил осесть на земле, согласившись стать председателем дачного кооператива. Теперь же с просроченным армянским паспортом не может выправить себе документы... И грозится дойти до прокуратуры. Пока же ругается с бойцами ДНР, если те, пожив в пустующих домах, оставляют после себя помойку. И благодарит их за то, что всю зиму помогали местным старикам углем, без которого те бы просто замерзли.

Земля Донбасса устала от войны. Настолько, что его защитники даже умудряются опасно шутить со своим смертельным врагом: лупят по стальным бочкам, словно киевские зазывалы в 2013-м, оглашая местность кличем: «На майдан!». За что в ответ получают огонь с украинских позиций от самих майданщиков, видимо отвечающих на шутку бессильной злобой за то, что их чаяния о Революцii Гiдностi так и остались только чаяниями... Донбассу срочно нужен мир. Но он невозможен без победы. А победа нынче скована иезуитскими дипломатическими формулировками «Минска».

ОБ АВТОРЕ
ТОПОРОВ АЛЕКСЕЙ


Я родился в Казани, городе на Волге, который по мрачной иронии эпохи деградации советского государства в годы моего детства и юношества ассоциировался исключительно с пресловутым «казанским феноменом».

Казань моего детства была обычным интернациональным городом, как и моя семья, - в этом плавильном котле многих наций, собственно, и получился я, нормальный русский человек. А какой еще, если я всегда говорил по-русски, думал по-русски, читал по-русски, писал, соответственно, тоже по-русски, и так уж вышло, что Чебурашка для меня был изначально милее Микки Мауса, а уж непоседливый Незнайка не шел ни в какое сравнение с занесенным к нам маркетинговыми ветрами Диснея Питером Пэном.

В то же время именно в годы моей юности в Казани поднялись «вихри враждебные», по улицам расхаживали сельские парни с зелеными повязками на головах, которым объяснили, что именно Москва мешает их родному краю превратиться в преуспевающие Арабские Эмираты… Через десять лет эти парни перебрались в город, возмужали, заматерели, разнесли в пух и прах исторический губернский центр, точечно налепив свои дворцы из стекла и бетона в псевдонациональном стиле, исходя из собственного непритязательного вкуса. Но процветание в духе Эмиратов так и не наступило. Зато в 1990-е встретить флаг России на территории Татарстана было просто нереально, а празднование той же Масленицы напоминало тайную сходку каких-нибудь подпольщиков… Понимая, что знакомый им город стремительно меняется, причем совсем не в лучшую сторону, представители казанской русской интеллигенции стали сопротивляться этому. Так, как это умеет русская интеллигенция: пикетами, митингами, статьями в федеральной прессе. Тон задавало Общество русской культуры Республики Татарстан, созданное ученым-социологом и конфликтологом с мировым именем Александром Леонидовичем Салагаевым. Ныне, к сожалению, уже покойным.

ОРК РТ боролось за то, чтобы русский язык в татарстанских школах учили в тех же объемах, что и в других регионах России: на тот момент на три урока русского в неделю татарстанскому школьнику предлагалось шесть уроков татарского… Я же выполнял функции пресс-секретаря этой достойной организации.

А еще была сербская тема. Я - обычный постсоветский молодой человек, подсевший на брутальность «Учитесь плавать», но не принявший омерзительную вычурность «ПТЮЧ», был шокирован, увидев по ТВ, что в центре Европы авиация прогрессивного человечества бомбит старинный город.

Столкнувшись с сербской темой, исколесив Боснию и Герцеговину, Черногорию и, собственно, саму Сербию, доставив в небольшое село боснийских сербов икону Казанской Божией матери и по мере сил поспособствовав вместе с другими неравнодушными казанцами восстановлению разрушенной там хорватскими нацистами православной церкви, я пришел к одному верному выводу. Единственно верному - Сербский мир разрушали по тем же лекалам, что и Русский. И те же выгодополучатели, что подзуживали молдавских националистов расстрелять приднестровских милиционеров и входящие в Грозный российские танки, советовали словенским и боснийским сепаратистам прицельно расстреливать колонны техники с безоружными мальчишками-срочниками Югославской народной армии… Вместе с этим я понял, что если не противостоять этому пожирающему нашу реальность с былинами о русских богатырях и улыбкой Гагарина мутному густому мороку, то довольно скоро моя Казань превратится в очередное Сараево, а Махачкала - в новую Приштину. А также, проанализировав последние новости, отчетливо осознал, что все шансы стать «нашей Хорватией» имеет Украина. Уже тогда этот осколок русской земли на полных парах несся к тому состоянию, в котором пребывает с 2014 года.

Именно поэтому в том же 2014 году я оказался в Донбассе. И не оказаться там я просто не мог. Еще когда в России лежал снег, я писал статью о том, что если Москва не окажет поддержку народным республикам Харькова, Одессы, Донецка и Луганска, уготовив им участь Сербской Краины, то саму Златоглавую ждет незавидная участь сломленного Белграда. Ну а когда болевым шоком полоснуло по душе одесское 2 мая, стало понятно, что нужно ехать. Чтобы быть со своим сражающимся русским народом. Воюя в рядах отчаянных, но привычным для себя журналистским оружием.

В Донбассе я пробыл с мая 2014-го по июль 2016-го. До той самой поры, когда затянувшаяся ситуация возле линии разграничения не превратилась в умышленно затягиваемую. Но даже по возвращении в Россию после ранения «пепел Донбасса» продолжал стучать в моем сердце - и это не только метафора, ибо я видел обгоревшие дома Новой Кондрашовки, после того как по ней отстрелялся украинский СУ, а также растерзанные тела ее жителей...

Сейчас, когда обстановка в Донбассе накаляется снова, я возвращаюсь туда. Чтобы быть со своими. Чтобы увидеть все своими глазами. И рассказать миру. Русскому миру. Большому миру. Всем, кто неравнодушен и кого еще не поглотил мутный густой морок, чьи души не успели залосниться, - правду. И ничего, кроме нее. Источник

Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter (не выделяйте 1 знак)

Не забудь поделиться ссылкой

Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 10 дней со дня публикации.