У понаехавших со Снигиревки и других районов николаевской области на днях случился разрыв шаблона. Прямо в городе Корабелов они увидали машину…


И потекло какло по трубам… Не понять сирым и убогим, что это и есть николаевские корабелы. Парень может и станка в жизни не видал, и корму от носа не отличит, но кровь – не водица.

Когда идут николаевские корабелы, вы слышите звон. Ага, тот самый звон, тех самых стальных принадлежностей настоящего мужчины. От этого звона разбегались привезённые в Николаев убогие всю весну и лето 2014-го года. В итоге даже до них дошло, что город Корабелов – не самое лучшее место проживания для национально озабоченного примата.

Именно такие парни встретили в феврале «поезд дружбы» со Львова, зубы потом еще две недели по перрону катались. Ох и холодный был тот февраль. Вы помните?

Я помню! Мы тогда с парнями и девушками мерзли возле здания областной администрации, ожидая нападения от верещащей не людскими голосами толпы беснующихся, которые собрались возле городской мэрии. Они ждали подкрепления со Львова; самим-то им было ссыкотно, так как понимали, КТО напротив них. Но и мы тоже ждали это их подкрепление… А вот это подкрепление не ждало нас увидеть среди встречающих.

Такие парни со звенящей походкой загнали превосходящую втрое толпу на понтонный мост в марте. Помните? Я тогда еще предложил отцепить мост, хай бы себе плыли в Европу... Помните? Я помню!

Я помню Леху Калину – товарища, которого Стрелков бросил, тикая со Славянска. Леха с парнями был в Семеновке. Я помню Димку – Беркута. Парня, который был зам комвзвода «Беркут» в Николаеве. Эй, убогие, вы нашли венок, который пропал у «европейской бабы»? У Димки спросите. И у тех ментов, которые были ЗА НАС, которые воюют против нацистов на Донбассе.

Я помню тогда еще живого Андрея Гончарука (Молодого). Погиб, сражаясь с карателями во время Дебальцевской операции.


Я конечно же не забыл о тех парнях, которые в СИЗО Николаева по нескольку лет ожидают приговора за то, что не забыли лица своих отцов и дедов.

Мы, помним своих героев и живых и мертвых. И парень помнит своих дедов. И видимо мороз по коже идет у понаехавших нацистов, когда слышат звон от проходящего мимо Корабела. Бойтесь, это правильное чувство, мы вас щадить или жалеть не собираемся, вы дышите нашим воздухом…

Лохматый