СССР мог отойти от края пропасти, сохраниться как единая страна с 300-миллионным рынком, в которой народам не приходится оспаривать друг у друга ни землю, ни историю. Ничто не было предопределено. Всего-навсего должны были найтись руководители, способные проявить волю и идти до конца.