У вас есть "Вино из одуванчиков?" Здесь не алкомаркет!

Диалог из ТГ Саваничи. Даже верю, что мог иметь место в реальности.
Когда начала преподавать в университете, поначалу поражалась разнице между поколениями студентов. Студент советского периода был начитанным (вот это слово напрочь ушло из комплиментарного оборота, ушло из списка достоинств), любопытным,жадным до нового, не слишком доверчивым и ершистым. Не быть знакомым с русской, французской, английской классической литературой было ... неудобно. Такие могли напороться на веселое недоумение: "Да ладно, библиотека сгорела?". В легкой болтовне мелькали цитаты, параллели, переделки классики.
Когда столкнулась с ребятами и девочками молодого поколения, поначалу испытала шок: в курсовых масса грамматических ошибок (потом это стало маркером подлинности, а не копирования из интернета).
Восприятие текста на слух затруднено, для усвоения материала им нужны изображения. Теперь это называется презентации. А по факту — комиксы, картинки..Признак детского мышления, когда воображение недостаточно развито и человек не в состоянии визуализировать текст самостоятельно.
Способность переводить текст в образ формируется только большим объемом прочитанных хороших книг. Когда читая "Бежин луг" ощущаешь запах ночного простора, например.
Импровизировать выступление, просто выйти к доске и связно ответить на заданный сложный вопрос с логическими построениями, выводами— беда бедущая. Чувствуется мучительный процесс подбора слов, в речи мало прилагательных, почти нет деепричастных оборотов.
И только потом дошло - Они не читают!
Нет фундамента в виде большого количества прочитанной классической литературы — русской, немецкой, французской, английской. Нет Золя, Диккенса, Флобера, Хемингуэя, Тургенева, Чехова, не отличают не только Моруа от Мориа и Гегеля от Гоголя...Самые продвинутые осилили Булгакова в виде текста. Остальные довольствовались сборниками пересказов и сайтами с готовыми сочинениями.
На самом деле это не мой доморощенный снобизм, вовсе нет. Если знаком с Диккенсом, легко заходит политэкономия капитализма. «Дамское счастье» Эмиля Золя — просто учебник по началам маркетинга и переходу от мелкотоварного производства к фабричному. Учебник истории — формальность, если читал Лажечникова или Скотта.
Психология межполовых отношений — Мопассан, Бунин.
Из Маргариты Симонян:
«Деградацию образования легко проследить по тому, кто считался плохо образованным в классической русской литературе.
Пушкинский молодой повеса времен, когда все 'учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь', к восемнадцати годам в совершенстве говорил по-французски, неплохо знал латынь, мог 'потолковать о Ювенале', декламировал Вергилия и читал Адама Смита.
Латынь из моды вышла ныне:
Так, если правду вам сказать,
Он знал довольно по-латыне,
Чтоб эпиграфы разбирать,
Потолковать об Ювенале,
В конце письма поставить vale,
Да помнил, хоть не без греха,
Из Энеиды два стиха.
Не мог он ямба от хорея,
Как мы ни бились, отличить.
Бранил Гомера, Феокрита;
Зато читал Адама Смита
И был глубокой эконом,
То есть умел судить о том,
Как государство богатеет,
И чем живет, и почему
Не нужно золота ему,
Когда простой продукт имеет.
У Чехова Лаевский — 'мало культурен и мало знает'. При этом он ведет долгие беседы о байроновском Каине, полюбил женщину за то, что с ней можно обсудить Спенсера, а наедине с собой размышляет цитатами из Толстого.
Шахназаровский курьер — неуч из позднего СССР — походя шутит о хане Батые и поет наизусть алябьевского 'Соловья'.
Современный неуч не слышал о Шахназарове, не читал Чехова, а на вопрос о Евгении Онегине три из трех рандомно опрошенных мной старшеклассников ответили: 'Знакомое имя, но не помню, что он написал'.
Какой уж тут Вергилий с Алябьевым.»
«Деградацию образования легко проследить по тому, кто считался плохо образованным в классической русской литературе.
Пушкинский молодой повеса времен, когда все 'учились понемногу, чему-нибудь и как-нибудь', к восемнадцати годам в совершенстве говорил по-французски, неплохо знал латынь, мог 'потолковать о Ювенале', декламировал Вергилия и читал Адама Смита.
Латынь из моды вышла ныне:
Так, если правду вам сказать,
Он знал довольно по-латыне,
Чтоб эпиграфы разбирать,
Потолковать об Ювенале,
В конце письма поставить vale,
Да помнил, хоть не без греха,
Из Энеиды два стиха.
Не мог он ямба от хорея,
Как мы ни бились, отличить.
Бранил Гомера, Феокрита;
Зато читал Адама Смита
И был глубокой эконом,
То есть умел судить о том,
Как государство богатеет,
И чем живет, и почему
Не нужно золота ему,
Когда простой продукт имеет.
У Чехова Лаевский — 'мало культурен и мало знает'. При этом он ведет долгие беседы о байроновском Каине, полюбил женщину за то, что с ней можно обсудить Спенсера, а наедине с собой размышляет цитатами из Толстого.
Шахназаровский курьер — неуч из позднего СССР — походя шутит о хане Батые и поет наизусть алябьевского 'Соловья'.
Современный неуч не слышал о Шахназарове, не читал Чехова, а на вопрос о Евгении Онегине три из трех рандомно опрошенных мной старшеклассников ответили: 'Знакомое имя, но не помню, что он написал'.
Какой уж тут Вергилий с Алябьевым.»
Только потом до меня дошло, что снова меня подводит мое советское прошлое)))
Когда мы росли, по радио часто и подолгу звучала классическая музыка, радиоспектакли по хорошим книгам, потом их хотелось прочитать. Когда я впервые попала в филармонию, там звучала музыка, знакомая с детства.
В родном маленьком городе концертных залов не было.
По телевизору шли балетные, драматические спектакли, оперы и оперетты от лучших театров. Отголоски остались в виде фильмов — опер или спектаклей на пленке.
Страна старательно показывала своим людям лучшие образцы мировой и русской культуры.
При ГКЧП шел по ТВ балет, не детективные стрелялки.
Разворот «Огонька» - репродукции картин великих художников. Некоторые собирали целые галереи.
Разумеется, это не означало, что дети шахтеров и дворников массово напевали арии из опер, улица брала свое. Однако, кто хотел воспринимать — имел возможность.
Скажете, все есть в интернете? Для этого надо ЗНАТЬ, что искать. А если Бетховен для ребенка — всего лишь собака?
Страшно подумать, как бы я росла в маленьком шахтерском городе, без доступа к хорошей музыке, к классической литературе, к качественному кино. Родители были прекрасными людьми, но вот про Вивальди и Шекспира рассказать бы не смогли. Но ведь сейчас происходит именно это. И растет второе поколение, для которого Микельанджело и Донателло — черепашки.
Что льется на молодое и юное поколения из СМИ?
Мне кажется, в иные времена культурная среда была более однородной. Без откровенной грязи и похабщины, которые были табуированы.
Оборотная сторона полной свободы слова и творчества — доступность низкопробщины, на которой многие и останавливаются. Зачем читать классиков, когда есть Донцова, детективы с душилками и стрелялками.. А на ТВ можно всласть поковыряться в чужом грязном белье. Трясина затягивает..
Удовольствие слушать и воспринимать концерты Бочелли, Гергиева, балетные спектакли отходит тем, кого родители с детства воспитывали на классике искусства и литературы. Начитанность - это и культура речи, словарный запас, память. Формирование спокойного и взвешенного отношения к окружающему миру.
А пока.. Взрослые ребята, третий курс, спорят о новом фильме про человека - паука)).
Сначала это меня бесило, потом я жалела ребят, а теперь.. теперь начала завидовать по-белому.
Вспомнила, как в домашнем книжном шкафу среди читанных — перечитанных книг нашла толстенький томик, который каким то образом спрятался от моих глаз. Я так обрадовалась!))
Верю, что может быть и не все, но многие со временем откроют огромный мир по-настоящему хороших книг.
По крайней мере, некоторые студенты имена авторов записывали. Источник
Новостной сайт E-News.su | E-News.pro. Используя материалы, размещайте обратную ссылку.
Оказать финансовую помощь сайту E-News.su | E-News.pro
Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter (не выделяйте 1 знак)








