Перемены последних 20 лет изменили сам подход российского общества к престижности. От «пустим деньги на ветер, потому что до светлого будущего все равно не доживем» до «строим благополучную жизнь себе и своим детям здесь и сейчас».

Результаты интереснейшего опроса опубликовал ВЦИОМ. И дело не только в теме, посвященной представлениям россиян о статусе и престиже, но и в сравнении с 2006 годом, когда проводилось аналогичное исследование, результаты которого тоже приведены.

Казалось бы, 2006 год не должен так уж сильно отличаться от 2026-го. Это расцвет путинской стабильности, пресловутые «сытые нулевые», о которых у многих людей принято вспоминать с ностальгией. Последствия 1990-х к тому времени во многом были преодолены, социально-экономическое и бытовое благополучие быстро охватывало всё более широкие слои населения.

Да, для большой части людей ощущение достатка все еще было в новинку, что сказывалось на стремлении многих к пусканию пыли в глаза и к подчеркнутой демонстрации обретенного благосостояния. Отсюда заметно более высокие, нежели в 2026 году, показатели символов роскоши и престижа у автомобиля, возможность провести отпуск за границей или купить недвижимость за рубежом, и даже просто наличие дорогой мебели и бытовой техники. По нынешним временам все это либо обыденность, не стоящая упоминания, либо осмысленная и отвергнутая возможность (зачем нужна недвижимость за границей, от которой больше проблем, чем удовольствия?).

Так что социологи абсолютно правы, отмечая дрейф российского общественного мнения в сторону прагматизма и долгосрочного качества жизни. Но опрос отразил еще одну крайне важную, но не столь очевидную тенденцию. Дело не только в том, что россияне «переросли» прежние представления о хорошей жизни, но и в том, что в самой нашей жизни за прошедшие двадцать лет произошли глубокие качественные перемены, заставившие пересмотреть прежние приоритеты.

По итогам исследования 2026 года главным символом статуса стала возможность дать своим детям качественное образование: этот пункт выбрала половина респондентов. В 2006-м было 37%. Объяснение сдвига весьма простое. На середину нулевых приходится пик девальвации отечественного образования. Рынок труда заполонили миллионы «экономистов», «менеджеров» и «юристов», из которых считанные проценты работали по специальностям в дипломах. Доходило до абсурда, когда даже на вакансию уборщицы, простите – клининг-менеджера, требовалось высшее образование. Про печальное же состояние среднего специального образования, особенно по рабочим профессиям, даже вспоминать не хочется.

Ныне ситуация изменилась кардинально, вернее – она возвращается к историческому статус-кво. Это касается и высшего образования, которое на глазах возвращает себе эксклюзивность (на бюджет поступить все сложнее, коммерческих мест все меньше, стоят они все дороже и тоже требуют приличных вступительных баллов), и среднего специального, поскольку все более востребованными становятся рабочие профессии, на которые последние десятилетия было принято смотреть свысока. Но главное, вернулась связка между получаемым образованием и будущим профессиональным путем человека. Верно выбранное направление учебы обеспечивает молодому человеку хороший профессиональный старт с отличными карьерными перспективами. Времена «получи хоть какой-нибудь диплом и забудь о нем – все равно будешь заниматься чем-то другим» – ушли. Образование вновь становится ценным активом, который будет служить человеку всю его жизнь. Именно осознание этих новых старых реалий сделало хорошее образование для детей самым престижным явлением в глазах российского общества.

Еще один потрясающе интересный феномен проявился в исследовании относительно жилья. Имеется аж три варианта ответа на вопрос: что россияне считают статусным в сфере недвижимости.

В 2006 году главным показателем престижа было хорошее жилье (такой ответ выбрали 55% респондентов). При этом возможность покупки квартиры выбрали только 23%, а приобретение дачи – 12%.

Ныне ситуация изменилась кардинально. В вопросе недвижимости безоговорочно лидирует покупка квартиры – 32%, а приобретение дачи и «хорошее жилье» получили очень близкие результаты – 19% и 20% соответственно.

Для того, чтобы понять произошедшие изменения и расшифровать загадочное «хорошее жилье», нужно вспомнить ситуацию с недвижимостью в 2006 году. В середине нулевых позитивные изменения в стране добрались до жилищного строительства, но они были еще в самом начале. Нового жилья строилось мало, причем по очень простой причине – слишком узким был слой людей, которые могли себе позволить его приобрести. Заработки, позволявшие накопить на покупку недвижимости, были у крошечной части населения, а кредитная, в том числе ипотечная, сфера находилась в зарождающемся состоянии и ее услуги были недоступны абсолютному большинству.

В результате в 2006 году львиная часть наших граждан по-прежнему жили в построенном при СССР жилье, технически и морально устаревшем, с «бабушкиным ремонтом», а обеспеченность квадратными метрами для большинства недалеко ушла от советских реалий. При этом желаемый образ того самого «хорошего жилья» у людей уже сформировался и был вполне конкретным – меньшая скученность, большее количество квадратных метров и пресловутый «евроремонт» (знаковое словечко как раз из нулевых).

За 20 лет в стране произошли грандиозные перемены в сфере недвижимости. Во-первых, бум жилищного строительства – как многоквартирного, так и индивидуального. Во-вторых, развитие финансовых инструментов, сделавших возможной покупку жилья для самых широких слоев населения. В-третьих, новое жилье заведомо строится в соответствии с современными стандартами, а старое – вплоть до дореволюционного – можно подтянуть до аналогичного уровня. В результате практически вся страна ныне живет в условиях, которые 20 лет назад были несбыточной мечтой для россиян, включая рост почти на треть обеспеченности квадратными метрами – с 21 кв. м на человека в 2006 году до 30 «квадратов» в 2025-м.

Таким образом, произошел важнейший сдвиг в общественном сознании. В 2006 году жилищный вопрос оставался в состоянии нерешаемой – для абсолютного большинства людей – проблемы и воплощался в образе мечты о «хорошем жилье». Теперь же она превратилась в непростую, но решаемую задачу, а покупка жилья превратилась из недостижимой грезы в реальную цель – и законный предмет гордости и престижа в случае ее достижения.

Еще более ярко этот переход от мечты к реальности произошел в вопросе здравоохранения. В 2006 году возможность получить качественное медицинское обслуживание как маркер статуса назвали 21% респондентов, что поставило данный пункт где-то в середине рейтинга. Сегодня же хорошая медицина почти удвоила свой вес в глазах людей (39%) и уверенно заняла второе место – сразу после образования для детей.

Причина очевидна – российская медицина за двадцать лет совершила огромный рывок. Обыденностью стали КТ, МРТ, УЗИ, новейшие процедуры и уникальные операции, не говоря уже о банальной возможности записаться к врачу онлайн, не выстаивая в очереди в регистратуру с пяти утра. Как следствие, значимость хорошего медицинского обслуживания в глазах общества резко возросла, тем более что из-за колоссальной нагрузки на общественное здравоохранение проблем в нем хватает, начиная с дефицита врачей до очередей на квоты для дорогостоящего лечения.

В совокупности складывается потрясающая картина. За двадцать лет российское общество не просто отказалось от модели «пыль в глаза», переключившись на более прагматичные и долгосрочные ценности как символ престижа. Это переключение стало возможным только потому, что жизнь в стране изменилась так, что эти самые прагматично-долгосрочные ценности перестали быть бесплодной мечтой, недоступной для большинства. Они превратились в реалистичную цель, в решаемую задачу. Это решение зачастую не падает людям в руки. Оно нередко требует усилий, целеустремленности и времени, но главное – оно достижимо.

Осознание этих перемен и изменило сам подход российского общества к престижности – от «пустим деньги на ветер, потому что до светлого будущего все равно не доживем» до «строим благополучную жизнь себе и своим детям здесь и сейчас».

Ирина Алкснис