На Восточном экономическом форуме глава "Росатома" Алексей Лихачев заявил, что российская сторона передала Ирану проект соглашения по строительству атомных станций малой мощности (тех, которые похвалил на форуме Владимир Путин).

По его словам, по мере возвращения Ирана к мирной жизни в стране будет развиваться атомная программа, "Росатом" намерен в ней участвовать.

Господин Лихачев — очень скромный человек, потому что он ни словом не обмолвился, что эта новость означает коренной слом всей философии и практики атомной генерации в мире, а будущее соглашение о строительстве малых АЭС в Иране означает колоссальные доходы для нашей страны на протяжении десятилетий.

Во-вторых, эта прекрасная эпоха будет не когда-то, когда Иран будет наслаждаться мирной жизнью, — она начинается прямо тут и сейчас.

Первый базовый меморандум о строительстве в Исламской Республике Иран атомных станций малой мощности (АСММ) был подписан год назад, в сентябре 2025-го, в рамках Российской атомной недели в Москве. Впрочем, эта информация на тот момент была как-то отодвинута в сторону новостями о подписанном "мегасоглашении" между Россией и Ираном о строительстве еще четырех больших атомных энергоблоков на рекордную сумму 25 миллиардов долларов (что, конечно, является важнейшим событием на мировом рынке).

Грандиозные же планы иранцев на российские АСММ появились после атак Израиля и США на иранские атомные объекты в июне-июле 2025 года, когда стало понятно, что: а) иранскую мирную атомную программу в покое никогда не оставят и б) защитить имеющиеся атомные объекты, в первую очередь такие крупные, как АЭС в Бушере, от превосходящих воздушных сил противника практически нереально.

Генеральный представитель Ирана по ядерным вопросам Мохаммад Эслами на встрече в Москве в 2025 году назвал будущий контракт по АСММ "стратегическим проектом", и с этого момента между Ираном и Россией пошло чрезвычайно активное по меркам консервативной атомной индустрии движение, которое на порядки ускорилось после агрессии США и Израиля против Ирана.

Причины возросшей активности Ирана лежат в выводах доклада британского Объединенного королевского института по исследованию вопросов безопасности и обороны (RUSI) от апреля 2025 года под названием "Ядерные объекты как цели военных атак: оценка мотивов и последствий для ядерной безопасности".

Если кратко, то "королевские эксперты" заявляют о коренном изменении западной военной парадигмы: теперь даже мирные атомные объекты считаются военными целями. Интересно, что к такому выводу авторы доклада пришли после "полевой работы" на Украине летом 2024 года в Киеве, Запорожье и Чернобыльской зоне отчуждения.

Теперь западные армии со спокойной душой будут атаковать мирные АЭС, потому что:

● ударом по одному крупному объекту противник лишается энергоснабжения на огромной территории, прекращают работу промышленность и критическая инфраструктура, а армия оказывается в сложной ситуации;

● можно лишить противника доступа к большой территории, где создается радиационное и химическое заражение;

● удары по атомным объектам создают сильнейший психологический эффект и ведут к деморализации противника.

Ключевые выводы: большие классические АЭС являются самыми привлекательными объектами для противника, цель которого — быстро причинить масштабный ущерб генерации. Главное ответное решение — распределенная сеть из защищенных АСММ, что кардинально повысит устойчивость всей атомной генерации, которую теперь невозможно "выключить" неожиданным ударом.

Интересно, что все эти выводы подтвердила и развила в своей публикации "Малые реакторы: энергетическое будущее Ирана вне досягаемости врага" 1 июня этого года Вещательная организация Исламской Республики Иран (IRIB).

Согласно статье, оказывается, убитый американцами и израильтянами иранский духовный лидер Али Хаменеи рассматривал небольшие ядерные реакторы как "великую стратегию" и "национальную необходимость" и еще в 2022 году заявил на встрече с экспертами атомной отрасли: "Стране нужна такого рода (мелкомасштабная) электростанция в различных секторах". Он хорошо знал, что под санкциями и угрозами крупные централизованные электростанции являются легкими и хрупкими целями для врагов, а "террористические атаки США и Израиля на энергетические объекты сделали необходимость децентрализации энергетических ресурсов более очевидной, чем когда-либо прежде".

Вывод: нужно срочно создать масштабную распределенную сеть из АСММ, которые будут размещены под землей или в глубине гор. Говоря о меморандуме по АСММ с Россией, иранцы обмолвились, что речь идет о "сотнях энергоблоков", — и тут начинается самое интересное (для нашей страны).

Согласно планам, иранская атомная генерация к 2040 году должна вырасти до 20 гигаватт. Если все это перевести на язык АСММ, то иранцам срочно нужно 354 модуля типа российских РИТМ-200 по 55 мегаватт, то есть 61 площадка. По самым скромным подсчетам, производство такого количество блоков может принести России порядка 200 миллиардов долларов — и это не включает многолетние доходы от обслуживания АСММ и загрузки топлива (около четырех тысяч загрузок за весь жизненный цикл модулей, составляющий 60 лет).

России это под силу: те же реакторы РИТМ-200 у нас производятся серийно (два уже стоят на первой в мире плавучей АСММ "Академик Ломоносов", в работе еще 13), а их надежность и эффективность доказана с лихвой в российском атомном ледокольном флоте (совокупно более 400 реакторо-лет).

И Иран — это только начало, потому что во всем мире поняли, что эпоха больших АЭС подходит к концу, а началась эпоха глобальной нестабильности и критических рисков.

Это значит, что Россия первой в мире на наших глазах создает целую новую отрасль ("распределенно-защищенная атомная энергетика") и огромный рынок, который будет приносить нашей стране как первопроходцу и обладателю эксклюзивных проверенных решений невообразимые доходы на десятки лет вперед.

Кирилл Стрельников