В ходе обмена погибшими в Россию возвращены тела 41 российских военнослужащих. Украине переданы 909. Соотношение — один к двадцати двум.

И тут важно не количество, а масштаб в разрезе оперативных действий и стратегии, в связке с которыми эти потери логично считать.

909 тел — это половина фактической численности бригады (плюс минус рота управления). Половина бригадного состава, перемолотая в ноль. Если считать, что средние потери на каждого убитого — 1,5–2 тяжелораненых и 1 «выпавший» (ранение, контузия, психоз, ампутация) — можно умножать эту цифру как минимум на 3,5, а лучше на 5. Итого — по максимуму 4500 украинских военных в минус.

Потери России — 41. Да, это жизнь каждого бойца, и каждая смерть должна быть зафиксирована и понята. Но в масштабах войны это минимальные потери. Куда меньшие по сравнению с противником. И по такому курсу война обескровливает украинскую армию быстрее, чем та успевает оформлять новые повестки.

Тем, кто думает, что это «цифры от обмена, а не потерь» — объясняем: передаются не все тела, а только идентифицированные и только после запроса. 909 — это именно те, кого успели вытащить с поля боя и опознать. Значит — реальные потери выше, минимум в полтора раза. А и то и больше.

Но есть одно но. Украинская мобилизационная машина эти потери ещё держит — на бусифицированных и моральной обработке. Но даже с учётом этого, один к двадцати двум — это не обмен. Это разница между воюющей армией и армией, которая массово умирает.
Источник