Победу в двух крупных арабо-израильских войнах Израилю в большой степени принесли действия их ВВС. Блестящие операции 1967 и 1982 годов вошли в учебники истории, а из неудач 1973-го родились современные ВВС Израиля. Но неужели поражение арабской коалиции было предрешено? А могли ли арабы если не выиграть, то хотя бы «сыграть вничью» в воздушной войне? Разбираемся.


Столкновение двух полюсов

Начнём с одного простого вопроса: «а что есть победа в воздухе?» Это ситуация, при которой ВВС противника лишаются возможности выполнять поставленные задачи. А именно — уровень подготовки пилотов стремительно падает, операционная структура деградирует из-за понесённых потерь, порождая кадавры «сводных подразделений».

О войне 1948-49 годов говорить нет особого смысла: возможности обеих сторон там были весьма ограничены, и авиация не сыграла сколь-нибудь существенной роли. Синайскую кампанию 1956 года тоже опустим, — там основным противником египтян были самолёты франко-британской коалиции.

Но уже тогда израильтяне, выросшие в атмосфере «осаждённой крепости», очень серьёзно пересмотрели подготовку своих пилотов и организационную структуру ВВС, сделав её максимально простой, прозрачной и «горизонтальной». Израильский лётчик обладал большей инициативой в принятии решений, чем его коллега в практически любой другой стране.


В арабских странах ситуация была принципиально иной, и об этом мы поговорим чуть ниже. Арабские лидеры в первую очередь боялись нелояльности своей армии.

В итоге на Ближнем Востоке происходило даже не столько столкновение хорошо подготовленных и плохо подготовленных пилотов — это было бы ещё не так страшно. Столкнулись две системы, находившиеся на разных полюсах эволюционного процесса. Одна строилась на принципах «свободы и ответственности», доверия, конкуренции и стремления к совершенству. Другая была жёсткой, закостенелой, бюрократичной и зарегулированной.

Почему арабы проигрывали?

В конце концов пятого июня 1967-го случилась операция «Мокед» и образцово-показательное уничтожение ВВС Египта на аэродромах. В чём была причина поражения египтян? В великолепно выбранном моменте для атаки? В тумане, из-за которого на многих авиабазах отменили полёты? В появлении самолёта премьер-министра Ирака?


Да, безусловно. Скорее всего, сумей арабы поднять в воздух хотя бы дежурные пары, эффективность израильского первого удара была бы куда меньшей, а потери — большими. Но есть пример Сирии, Иордании и даже одной авиабазы Ирака, где никакой особой внезапности уже не было, а судьба их ВВС сложилась так же, как и у египтян.

Может быть, дело в другом?

Отмотаем на четвёртое июня, за сутки до удара израильтян.

Многие арабские офицеры понимали, что выстроенные «как на параде» самолёты невероятно уязвимы. Некоторые вопреки приказам спрятали машины в близлежащих оливковых рощах. Но ни один (насколько известно автору) не сделал самую простую и очевидную для его израильского коллеги вещь — не озвучил проблему. Не сказал: «Парни, если на нас завтра нападут, случится катастрофа».


Израильские пилоты часто спорили со своими командирами. Их командиры спорили с вышестоящими. И даже в штабе ВВС не всегда было единство.

Американский исследователь Кеннет Поллак пару лет назад издал замечательную книгу «Армии песка: прошлое, настоящее и будущее эффективности арабских армий». Там он попытался докопаться до источника самой проблемы. Поллак в итоге пришёл к следующим выводам: причиной поражений являлись политизация армии, низкий уровень развития населения, но в первую очередь — арабская культура.

Конформизм, чрезмерная роль авторитетов и уважение к власти, манипуляция информацией и многие другие черты впитывались в Египте буквально со школьной скамьи. Непререкаемый авторитет старшего, зубрёжка вместо понимания и боязнь брать на себя ответственность приводили к тому, что в любой непонятной ситуации арабский солдат или младший командир просто терялся и переставал понимать, что ему вообще делать.

И это в корне отличалось от ситуации в Израиле. Даже учащегося иешивы (религиозное учебное заведение) поощряют задавать вопросы и участвовать в дискуссии. В Египте традиционно было лишь два мнения — авторитетное и неправильное.


В итоге в постоянно меняющейся тактической обстановке египтяне просто-напросто терялись. Нет, конечно, многое приходило с опытом, — но даже в 1973 году египетские пилоты сумели сбить лишь немногим больше полудюжины израильских самолётов ценой потери сотен своих.

Почти все сбитые — на счету двух египетских эскадрилий, отошедших от традиционной закостенелости мышления своих коллег. Проблема была в том, что египетский лётчик многие бесценные навыки получал только на поле боя. Если оставался жив.

А был ли шанс?

Вернёмся к нашему вопросу: а что нужно было, чтобы арабы смогли одержать победу в воздухе? Какие варианты?

Самый простой — получить значительное численное превосходство. Израиль побеждал при соотношении 1:2 и даже 1:3, но не 1:10. Вопрос в том, кто готов поставить такое количество самолётов? Откуда взять столько лётчиков, топливо на их подготовку и так далее? В общем, вариант из разряда фантастики.

Второй вариант — воевать за них кому-то из «больших» стран. То есть прямое, пусть и тайное, вмешательство в арабо-израильский конфликт.

СССР попробовал проделать такой фокус в 1970 году. Выяснилось, что Израиль — сильный противник и пара эскадрилий погоды не сделает, а появление большего числа советских самолётов могло привести к внезапной встрече с заклятыми «звёздно-полосатыми» друзьями.

Проблема в том, что арабский пилот при всём желании не мог перестать быть частью арабского социума. Он не мог перестать быть частью армии, строившейся на атмосфере тотального недоверия и поиска врагов. Армии, в которой за попадание в плен можно было оказаться в тюрьме или выброшенным на улицу. Армии, в которой лётчик мог перестать быть лётчиком просто за излишний интерес к технике противника. Звучит дико, но, когда израильтяне любой ценой пытались заполучить себе МиГ-21, в Египте наказывали за попытку разобраться в возможностях «Миража».


Вообще, на эту тему есть старый-старый анекдот про мышей, которые пришли к мудрой Сове и спросили у неё, что им сделать, чтобы коты перестали их ловить и есть. Сова ответила: «Мышки, станьте ёжиками».

Возможно ли было такое? Крайне сомнительно.

Автор этой статьи целиком и полностью убеждён, что поражение арабских стран в арабо-израильских войнах было предрешено с самого начала. Что ничуть не умаляет достижений, подвигов и героизма всех участников.

Marco Pagot