На первый взгляд, малопонятно, зачем неделю назад нужно было развивать буйную переговорную активность и делать в публичных заявлениях намеки на едва ли не достигнутый «прорыв», который может в самое ближайшее время вылиться в реальные договоренности?

Воскресные «посиделки» во Флориде двух представительных делегаций, американской и украинской, хотя и сопровождались заявлениями Трампа об успешных переговорах, по сути, лишь продемонстрировали то, что по ключевому пункту — выводу украинских сил с Донбасса — никаких подвижек нет.

Видимо, Трамп все-таки в очередной раз надеялся в очном формате «дожать» Зеленского, но на случай неудачи у него был готов и «план В»: независимо от результатов сообщить о прогрессе, продемонстрировать, что «процесс идёт».

При этом его заявления на итоговой пресс-конференции явно были с определенным «пророссийским» уклоном, во всяком случае указывающем на то, что он действительно добивается от Зеленского принятия в общих чертах согласованной на тот момент российско-американской позиции.

Так, он явно отклонил свежую отмазку Зеленского о необходимости референдума о территориальных уступках, настаивая на проведении этого решения через парламент и даже пообещав лично поехать на Украину и обратиться к Раде, если это поможет заключить сделку.

К этому он добавил, что «Украине лучше заключить соглашение сейчас, иначе они потеряют еще землю и людей». Этот пассаж можно понимать и так, что из Москвы Трампа предупредили: при отказе Киева на сделку в ближайшее время её условия будут ужесточены, — что он воспринял на тот момент с полным пониманием и использовал как козырь на переговорах с Зеленским.

Но особенно показателен его пассаж о Запорожской АЭС, которую Зеленский обозначил, как «камень преткновения № 2»:

«Много обсуждали Запорожскую АЭС сегодня. Она в хорошей форме, её можно запустить практически сразу (Россия может это сделать, потому что ведет подготовительную работу). И это одна из вещей, которую я обсуждал с Путиным, самая большая атомная станция в мире, представляете? И Путин работает с Украиной, чтобы открыть её (вероятно, имеется в виду установление перемирия для ремонта ЛЭП. — Авт.)

Он [Путин] был очень хорош в этом смысле. Он [Путин] хочет, чтобы она [ЗАЭС] была открыта. Он не бил по ней ракетами. Он не бил по ней ничем (ну очень толстый намек на безрассудные действия Киева – Авт.). Очень опасно так делать для всех. Но они работают вместе (с Зеленским? — Авт.), чтобы попытаться её... её можно открыть очень быстро.

Это большой шаг, что он не бомбит эту станцию, очень большой шаг».

Эту фразу косноязычного Трампа понять трудно, ведь зачем наносить удары по находящейся под нашим контролем АЭС? Возможно, он имел в виду отсутствие атак на другие украинские АЭС, но в любом случае контекст понятен.

Забегая вперед, сразу скажу, что есть признаки того, что для «спешки» у американского президента были веские причины: нужно понимать, до него дошла информация о готовящейся массированной медийной атаке с обвинениями в пророссийской позиции, готовящейся «коалицией желающих», под которой я в данном случае имею в виду всю антироссийски и антитрамповски настроенную часть (преобладающую) западной элиты.

При этом откровенный срыв всех миротворческих усилий станет сильнейшим политическим ударом по Трампу, что, собственно, глобалистским элитам и требуется.

Уж слишком сильно он «вписался» в «миротворчество», причём придерживаюсь мнения, что главный его интерес — не абстрактный «пацифизм», а стремление убрать главное препятствие в восстановлении и развитии российско-американских отношений.

Причём и отношения с Москвой ему нужны не только (а скорее и не столько) из «коммерческих» соображений, сколько потому, что он видит в российском лидере естественного и главного, пусть и неформального союзника (распад официальных альянсов маловероятен) в борьбе с глобалистами, которая для него имеет действительно ключевое значение (как и для них).

Естественно, и сам Зеленский в этих антитрамповских планах играл и играет очень важную, даже ключевую роль: его задачей является максимально провоцировать Россию на резкие шаги и политические движения, на выход из переговорного процесса и эскалацию боевых действий.

Причем акцент делается именно на провокативные действия, не столько наносящие военный или экономический ущерб, сколько эмоционально воздействующие на руководство России и все российское общество, которое неизбежно задается вопросом «доколе» и имеет ли вообще смысл о чём-либо договариваться с террористическим и невменяемым режимом.

Таким ходом и стала массированная дроновая атака на резиденцию российского президента сразу же по завершении переговоров с Трампом (крайне сомнительно, чтобы в Киеве и других местах, где она планировалась, всерьез рассчитывали на «практический» успех, даже в виде не нанесших ущерба прилетов на территорию резиденцию Владимира Путина).

Следом последовала предельно циничная по исполнению (хотя киевский режим в этом кому угодно сто очков вперёд даст), рассчитанная на максимальную реакцию в российском обществе новогодняя атака на кафе в Херсонской области.

И, наконец (хотелось бы, чтобы действительно «конец», но, увы, это маловероятно), очевидной провокацией стало назначение Буданова на должность главы президентского Офиса. Ведь в дипломатическом языке фигуре посланника придается особое значение.

Не случайно действующие не одно столетие дипломатические конвенции предусматривают особую процедуру назначения новых послов. Будущая страна пребывания «выписывает» особый документ, агреман, выражающий её согласие принять данного конкретного политика в качестве посла.

Также принято для ведения сложных переговоров, если хочется достигнуть на них результата, поручать их максимально приемлемому для визави политику. В дипломатических традициях и смена такого представителя и даже главы МИД, если принято решение об изменении своей позиции в ту или иную сторону.

Конечно, и Ермак был «не подарок» для российской стороны, но, наверное, сложно найти более неприемлемую для неё фигуру в нынешнем украинском руководстве, чем Буданов. Напомню, он официально признан в России террористом, объявлен в розыск, против него возбуждены уголовные дела (для которых есть все основания) по обвинению в самых кровавых и циничных терактах, притом что своей ключевой ролью в их организации он откровенно бравирует.

Понятно, как любые контакты с ним будут восприняты в российском обществе, а ведь глава президентского Офиса — ключевая фигура в политической системе власти Зеленского, оказаться в стороне от переговорного процесса он не сможет. Да что там, очевидно Зеленский и будет теперь выводить его на первый план именно в расчете на то, что Россия откажется иметь с ним дело и это станет ещё одним поводом обвинить её в срыве мирного процесса.

Но вернемся к событиям 29 декабря. Обращает на себя внимание, что информация об атаке президентской резиденции, случившейся в ночь на 29 декабря, появилась в «открытом доступе» лишь ближе к вечеру после состоявшегося телефонного разговора Владимира Путина и Дональда Трампа.

Этот разговор был запланирован заранее для обсуждения состоявшихся во Флориде переговоров, но, поскольку, когда они завершились, в Москве была уже глубокая ночь, логично, что разговор состоялся, когда рабочее время двух президентов совпадало, а к этому моменту и появилась новая «тема».

Есть основания полагать, что от российского коллеги Трамп и узнал об украинской провокации, также очевидно и то, что день 29 декабря в Кремле был в значительной мере посвящен выработке российской реакции на этот «эпизод».

Согласно заявлению помощника президента России Юрия Ушакова:

«Дональд Трамп в деталях проинформировал об основных итогах вчерашних переговоров в Мар-а-Лаго с украинской делегацией.

В подаче американцев в ходе этих переговоров американская сторона в наступательном ключе проводила мысль о необходимости для Киева предпринять реальные шаги в направлении окончательного урегулирования конфликта, не прикрываться требованиями о временном прекращении огня. Зеленскому было рекомендовано даже не пытаться получить передышку для своих вооружённых сил, а ориентироваться на достижение комплексной договорённости, которая вела бы к реальному завершению вооружённого конфликта.

Дональд Трамп проинформировал о некоторых достигнутых командой Зеленского результатах, идущих именно в этом направлении, но всё равно, по нашей оценке, оставляющих киевским властям поле для различных интерпретаций с тем, чтобы уклониться от выполнения своих обязательств.

И, конечно, Владимир Путин обратил внимание своего коллеги Дональда Трампа, что фактически сразу же после, как американская сторона считает, успешного переговорного раунда в Мар-а-Лаго киевский режим предпринял террористическую атаку с масштабным использованием беспилотников дальнего действия — атаку на государственную резиденцию Президента России в Новгородской области.

С нашей стороны чётко заявлено, что подобные безрассудные террористические действия, естественно, не останутся без самого серьёзного ответа.

Президент США был шокирован этим сообщением, в буквальном смысле возмущён. Сказал, что даже не мог предположить такие сумасшедшие действия. И, как было сказано, это, несомненно, повлияет на американские подходы в контексте работы с Зеленским, которому нынешняя администрация, как сказал сам Трамп, слава Богу, не давала “Томагавки”.

Владимир Путин подчеркнул, что российская сторона намерена и далее плотно и плодотворно работать с американскими партнёрами по поиску путей достижения мира. Но, естественно, по целому ряду достигнутых на предыдущем этапе договорённостей и наметившихся развязок позиция России будет пересмотрена. Об этом было заявлено очень чётко, и американцы должны отнестись к этому с пониманием…

Вот такого рода беседа состоялась, в завершение которой президенты весьма по-дружески условились поддерживать диалог и далее».

Сам Трамп чуть позднее в целом подтвердил именно такие содержание и тональность состоявшегося разговора:

«Я был очень зол, когда Путин мне об этом сказал. Да, мне это не нравится. Мне это не нравится. Это нехорошо. Я услышал об этом сегодня утром, вы знаете, мне об этом рассказали. Президент Путин сказал мне об этом рано утром. Он сказал, что на него было совершено нападение. Это нехорошо. Это нехорошо. Не забывайте, вы знаете, про “Томагавки”. Я остановил “Томагавки”.

Я не хотел этого, потому что мы говорим, вы знаете, о деликатном периоде времени. Сейчас неподходящий момент. Одно дело — быть наступательными, потому что они наступательные. Другое дело — атаковать его дом. Сейчас не время делать что-то подобное».

Понятно, что Трамп был более осторожен в высказываниях, чем Ушаков, но мы обратим особое внимание на слова помощника российского президента о том, что к пересмотру российской позиции американцы должны отнестись с пониманием. Судя по всему, в состоявшемся разговоре такое понимание получено не было, ведь Трамп и так не может заставить Зеленского принять согласованные с Россией условия.

Но, как подчеркнул Юрий Ушаков: «С учётом осуществляемого Киевом государственного терроризма российская сторона не может поступить иначе».

А далее последовал беспрецедентный «период тишины», в течение которого Трамп лишь однажды крайне завуалировано касался украинской тематики (и это при его «языке без костей»!), репостнув очень жёсткую статью New York Post с заголовком: «Заявление об “атаке” на Путина показывает, что именно РФ мешает миру».

В статье заявляется, что «атаки беспилотника на резиденцию Путина, скорее всего, никогда и не было». Издание пишет, что «любое нападение на Путина более чем оправдано» и призывает к жестким мерам в отношении России после заявления Кремля об изменении позиции по переговорам после «удара по резиденции». Отметим, что New York Post (не путать с New York Times) — крайне правое, считающееся протрамповским издание.

Заметим, что, кроме как в Киеве, никто из западных официальных лиц не заявлял о фейковости самой атаки на резиденцию Владимира Путина. Там вообще сделали этот эпизод фигурой умолчания. Даже в известном инсайде The Wall Street Journal сообщается со ссылкой на, как всегда, анонимного чиновника, что ЦРУ подтвердило факт атаки беспилотников, но сочло целью налета некий «военный объект» в Новгородской области. Раньше он уже подвергался атакам, заявил собеседник издания. То есть, дескать, ничего «экстраординарного».

Но полагаю, что говорить об очередном полярном изменении показаний «трампометра» преждевременно. Судя по крайней осторожности и двусмысленности, это скорее намек Москве на возможность такого изменения, попытка «убедить» не сильно поднимать ставки. При этом, скорей всего, неафишируемые консультации между Москвой и Вашингтоном по изменившейся ситуации уже ведутся.

Параллельно репост Трампа может быть и «антикризом» с его стороны, поскольку раскрутка темы, о которой говорилось в начале материала, действительно началась. New York Times, которая для демократов и глобалистов почти как «Правда» в СССР, опубликовала масштабный материал (почти 60 страниц), в котором поэтапно описала сближение США с РФ и одновременное охлаждение отношений с Украиной при Трампе.

Ключевой фигурой в ней показан спецпосланник президента РФ Кирилл Дмитриев, который якобы вместе с Кушнером и Уиткоффом формулировал пункты мирного плана.

Одновременно вышел и ещё ряд публикаций, показывающих негативное отношение Трампа к Зеленскому и Украине. Так, та же New York Times пишет, что Трамп обозвал Келлога идиотом за то, что тот публично нахваливал Зеленского. По версии издания, Трамп особенно взбесился из‑за сравнения Зеленского с Линкольном, а потом, пересказывая историю, снова и снова называл Келлога идиотом.

Более того, якобы самому Зеленскому Трамп дал прозвище «ублюдок» из-за личных счётов как с Украиной, так и с Зеленским, утверждает «Правда» глобалистов, ведь в 2019 году содержание их разговора стало основанием для импичмента, который Трампу объявила палата представителей, но не поддержал сенат.

А ведь обвинение в предательстве союзника и «потакании» главному геополитическому противнику из чувства личной мести вполне тянет на основание для новой попытки импичмента.

При этом опять-таки NYT сообщает, что ЦРУ координирует кампанию ударов Киева по российским НПЗ, энергетическим и химическим объектам, наводя дроны на уязвимые технологические узлы. Политическим прикрытием этой линии выступает глава ЦРУ Джон Рэтклифф. NYT не называет это открытым мятежом против Трампа, подчёркивая, что часть элементов операции шла с его формального одобрения, но реальный контроль над параметрами кампании сконцентрирован у Рэтклиффа и его команды.

А в этой утечке уже чётко видно стремление вызвать негативную реакцию в Москве, нарушив намечающееся сближение с Трампом.

В общем, на попытки Трампа добиться урегулирования явно идёт массированная атака со всех направлений, что вынуждает его пока сделать паузу и, как говорится, осмотреться, выработать новою линию в складывающейся ситуации.

Россия же сделала свой ход, которым дала понять Трампу, что лимит «доброй воли», видимо, исчерпан. Американскому военному атташе официально, «при камерах», была передана важнейшая деталь украинского дрона — навигационный контроллер, где зашито полетное задание — атаковать резиденцию президента РФ.

Но какой тренд в политике Трампа возобладает в ближайшее время, мы увидим уже позднее.

Александр Фидель