Рядовым европейцам новая политика США стала понятна после ситуации с Гренландией. Всё-таки экономическая конкуренция, торговые трения, пусть и переходящие даже в войны, не являются чем-то из ряда вон. А вот передел европейских территорий — это заявка на новую политическую реальность.

Сначала по поводу Гренландии все думали, что Трамп несмешно шутит. Потом — что Трамп мечтает прирастить Штаты из тщеславия. Сейчас преобладает точка зрения, что президент США недолюбливает Европу из-за её «прогрессивности», поэтому публично унижает Гренландией. Но пока никто стратегических фундаментальных мотивов не обозначает.

Пройдёт немного времени, и европейцы догадаются, что дело далеко не только в Трампе с его вздорным нравом. Захват льдов Гренландии представляет собой в том числе ликвидацию плацдарма возможного военного давления на США со стороны... Европы.

Бьюсь об заклад, в ближайшем будущем найдутся поводы придраться к Гвиане, Мартинике, Гваделупе.

Пройдёт больше времени, и европейцы поймут, что подрыв «Северных потоков» был первым актом войны США с Европой. Ну а потом вспомнят классику: мировые войны — это лучшее, что происходило с американской экономикой...

Кстати, расстояние до Гренландии от ближайшего крупного американского города Портленд примерно такое же, как от Питера (~2,5 тыс. км). А вот от Мурманска до Гренландии ближе — 1,8 тыс. км, а с Земли Георга — вообще рукой подать, менее тысячи километров. Стало быть, переживания Трампа о возможном «борнхольмском десанте» чисто военно-тактически вполне понятны.

Это он ещё не знает, что немецкий путешественник XVII века Адам Олеарий в «Описании путешествия в Московию и через Московию в Персию и обратно» утверждал, что наши сибирские народы «очень сходны с гренландцами». Так что гренландцы — наши северные братья, по культуре похожие на чукчей.

Гренландский переполох вызвал к жизни стыдливую антиамериканскую риторику в Европе. Например, депутат бундестага с 1998 года (сменяемость власти!) Гёринг-Эккардт написала про Трампа: «Мы не позволим себя шантажировать». Грозная женщина из «зелёных». Напомню, что «зеленые» — это проамериканский проект, направленные на подрыв промышленности ЕС.

Другой влиятельный парламентарий — Кизеветтер — призвал Германию и Европу сделать ставку на геоэкономическую мощь, независимость от США и... нарастить помощь Украине. Видимо, он планирует, чтобы бандеровцы дали отпор американской военщине в Европе.

Вашингтонская пресса озабочено пишет о «самом серьёзном трансатлантическом кризисе», хотя никакого кризиса нет.

США поставили Европу на колени, фактически заставив тратить ресурсы на украинскую войну, заместив российские энергоносители, подорвав промышленную базу. Все эти Боррели, дер Ляйены, Калласы и другие поджигатели войны верно служат Дяде Сэму.

Если, например, депутат от Левой партии (наследница СЕПГ) Дагделин совершенно верно написала: «Американских солдат наконец-то нужно вывести из Германии. То же касается американских ядерных бомб, хранящихся в Бюхеле. И уж тем более необходимо остановить планируемое размещение американских ракет средней дальности, которые сделают Германию ещё большей мишенью!», — то Урсула фон дер Ляйен проблеяла про общий трансатлантический интерес к миру и безопасности, а также приверженность диалогу.

А неадекватная Кая Каллас, комментируя гренландский спор, говорила в основном об Украине.

Иными словами, руководство ЕС работает против самой Европы.

Не трансатлантический кризис, а трансатлантический фасад треснул по швам. Выяснилось, что НАТО не бастион, а ситуативный блок. Торговая война? Украинский кризис? Всё отошло на второй план: впервые за 80 лет Европа увидела, что главный гарант её безопасности сам превратился в источник «экзистенциальной угрозы».

Все ждали, когда закипит Германия. 29 января 2026 года Мерц в бундестаге провозгласил новую внешнеполитическую программу Германии. Свою речь он отрепетировал несколькими днями ранее в Давосе. Там он провозгласил начало новой эры и много говорил про необходимость милитаризации и единства Европы. Но речи в Давосе — это несерьёзно.

В программной речи перед депутатами бундестага Мерц зарядил в духе гитлеровского реваншизма:

«В последние недели мы всё отчётливее видим, как начинает формироваться мир великих держав. В этом мире дует жёсткий ветер — и ощущать его нам предстоит ещё долгое время. Мы также всё яснее видим, какие новые возможности одновременно возникают вместе с этими переменами: новые возможности для нашей страны, но также и прежде всего новые возможности для нас в Европе. Но мы сможем использовать их, обрести самоуважение, а также отстаивать наши представления в мире — пусть хотя бы частично — только тогда, когда мы сами научимся говорить на языке силовой политики, когда мы сами станем европейской державой. Это требует от нас, европейцев, трёх вещей».

Первое: провести милитаризацию и выиграть время, поддерживая ВСУ. Второе: добиться экономического подъёма до уровня конкурентоспособности с США и Китаем, то есть стать третьей силой на мировом рынке. Третье: действовать единым фронтом Европы.

Между делом бундесканцлер причислил США к империалистам:

«В мире мы представляем собой нормативную альтернативу империализму и автократии. Мы можем предложить нашим партнёрам по всему миру не только экономические, но прежде всего идеологические ценности. Мы — нечто самобытное, нечто достойное уважения: Европа и парламентские демократии».

Содержание доктрины Мерца, прямо скажем, не является оригинальным. Примерно о том же говорит Макрон уже несколько лет. Это что-то вроде продолжения концепции стратегической автономии в условиях конфронтации с Америкой. Эта программа очевидно невыполнима в текущих политических условиях: в рамках ЕС и экономического, политического, агентурного влияния США в Европе. Это, судя по всему, уже поняли французы, а немцы пока их только догоняют.

На следующий день после речи в бундестаге Мерц рассказал, что европейские партнёры обсуждают создание независимого от США ядерного зонтика. В немецкой прессе появились заявления военных о необходимости обзавестись собственным ядерным арсеналом, хотя бы с набором тактических средств. Появились и сообщения учёных, что обогащение урана уже ведется в Гронау, они готовы создать немецкую бомбу в рекордные сроки: за три года.

Притом ФРГ связана договором «Два плюс четыре» и ДНЯО — юридически не может обладать ядерным оружием. Надолго ли в условиях милитаризации?

На днях Мерц дополнил свои рассуждения о судьбах мира:

«Если когда-то после падения Берлинской стены и существовал тот самый однополярный момент в истории, то он давно канул в Лету. Претензии США на мировое лидерство были оспорены и, возможно, безвозвратно потеряны».

Так тихо, почти незаметно, мы наблюдаем начало возрождения немецкого империализма так, как наблюдали его в 1930-е годы. Но планы Мерца — это лишь зондирование. Если дальше всё так пойдёт, немецкий порядок в Европе будут наводить другие люди.

Важно отметить, что Германия начала задумываться о независимости и вступила на путь милитаризации не из-за российской, а из-за американской угрозы.

Несмотря на все громкие потуги Мерца, немецкие правящие круги действуют очень и очень аккуратно. Надежды жить по-старому ещё сильны. Ведь, с одной стороны, США лишали внешнеполитической субъектности Европу, а с другой — не поглотили её экономически (или не смогли). После Второй мировой Европа действительно пользовалась очень дорогостоящей обороной США, с каждым десятилетием проявляя всё большую экономическую самостоятельность. В итоге европейцы «подло ударили американцев в спину», учредив евро. А потом вообще нахально предали, не поддержав торговую войну против Китая. Так что даже в таком подчинённом и жалком состоянии Европа играла свою игру.

Аккуратность немецкой позиции проявляется в том, что нигде, даже в прессе, не звучат главные козыри против Америки.

Во-первых, Германия может вернуться к покупке российских газа и нефти.

Во-вторых, Германия может пойти на сближение с Китаем.

Наоборот, Германия кричит, что никогда не притронется к российскому газу, а Европа является единственной демократией, в отличие от Америки, России и Китая. Хотя объективно немцы могут шантажировать американцев только этими двумя болезненными вещами.

Вместо этого происходят обсуждения «торговых базук» и продажи американских ценных бумаг. Это очередной самострел типа отказа от российского газа.

Аккуратность и сдержанность немецких правящих кругов, скорее всего, продиктованы американским военным присутствием в стране. Германия считает, что ей нужно около пяти лет, чтобы обрести самую сильную армию в Европе (в Европе как минимум четыре государства ставят такую цель). Как раз США перекинут войска к границам Китая. И тогда риторика Мерца покажется миролюбивой и нежной.

Анатолий Широкобородов