Итак, блокада вступила в силу 13 апреля ровно в 17:00 по Москве. Торжественный момент. Флоты замерли. Мир затаил дыхание.

До 17:00 — пока часы тикали — через Ормуз прошли четыре судна. Танкеры с нефтью, газом и химикатами. Среди них:

— Auroura — под санкциями США за перевозку иранских нефтепродуктов;

— Sunshine — давно в списке подозреваемых за помощь Ирану с экспортом.

Видимо, оба читали новости, но решили успеть до дедлайна.

После 17:00 первым прошёл контейнеровоз Paya Lebar — из Индии в Дубай. Технически чист: CENTCOM ещё в воскресенье уточнил, что блокируются только суда в иранские порты и из них. Трамп писал про “всё и всех” — CENTCOM читал другой документ.

Отдельная история — китайское судно. Прошло через пролив уже после объявления блокады. Без остановки, без запросов, без извинений. Пекин к тому моменту как раз заканчивал заявление про “беспрепятственный проход в интересах международного сообщества”.

Два танкера всё-таки развернулись.

Иран — назвал блокаду актом пиратства и пообещал, что если закрыты иранские порты, безопасных портов в Заливе не останется ни у кого.

Китай — потребовал прекратить “незаконные односторонние действия”, гарантировать свободу судоходства, созвал консультации. Параллельно провёл судно через пролив — для убедительности.

Саудовская Аравия — призвала к немедленной деэскалации и защите свободы судоходства в Заливе. Эр-Рияд в этой истории в пикантной позиции: формально союзник США, но через тот же Ормуз качает 6–7 млн баррелей в сутки собственной нефти. Американская блокада бьёт по иранским портам — но нервирует саудовский нефтяной экспорт не меньше. Деньги важнее союзничества.

Россия и Китай вместе в СБ ООН заблокировали резолюцию, которая могла бы легитимизировать действия США ещё 6 апреля. Заранее.

ЕС — призвал к диалогу. Без флота, без механизмов, с озабоченностью.

ООН — “глубокая обеспокоенность”. Уже четвёртая за месяц. Скоро начнут нумеровать. Источник