Впрочем, «смерть» Североатлантического альянса тоже еще не гарантирована

Сначала в долгосрочном выживании НАТО публично усомнился бывший генеральный секретарь этой конторы Йенс Столтенберг. Теперь аналогичные сомнения столь же публично высказал отставной министр иностранных дел ФРГ Йошка Фишер: «В будущем мы больше не сможем просто полагаться на США. Я сомневаюсь и в том, выживет ли НАТО… По крайней мере, как трансатлантический альянс».

Основа идентичности современной российской внешней политики – это категорическое неприятие НАТО. И, если следовать линейной логике, то перспектива кончины этого альянса в его нынешнем виде, может Москву только порадовать. Однако линейная логика – очень сомнительный «проводник» в сфере внешней – да и внутренней тоже – политики. Все гораздо сложнее и неоднозначнее – и применительно к той реальности, которая есть сейчас, и применительно к той реальности, которая будет через десять, двадцать или тридцать лет.

Человек так устроен, что он не может на каком-то уровне не мыслить штампами и стереотипами. Штампы и стереотипы, на которых выросли ныне живущие поколения граждан РФ состоят в том числе и в том, что главным «другом» для нашей страны являются Соединенные Штаты Америки. Прочие члены «трансатлантической семьи» выполняют в этой системе политических координат роль «подтанцовки», которая периодически может «скалить зубы» на суверена, но в конечном итоге всегда подчиняется его приказам.

Дальше подтягивается та самая линейная логика: раскол в стране основного противника – это по определению хорошо для России. У Москвы появляется больше возможностей для маневра. Москве придется противостоять меньшей по размеру угрозе. Но вот как раз это – меньший размер угрозы в той возможной будущей реальности, в котором смерть блока НАТО в его нынешней форме стала свершившимся фактом – как раз, на мой взгляд, и не гарантирован.

Вспомним ту реальность, которая существовала на европейском континенте до того момента, когда в дела Старого Света начали активно вмешиваться США. Это, например, реальность 1914 года или реальность 1939 года. Американцы тогда сидели за океаном и занимались своими делами. Но в обоих случаях наша страна столкнулась с крайне серьезной угрозой чисто европейского «изготовления».

И Европа 1914 года, и Европа 1939 года по своему военному потенциалу совсем не похожа на ту Европу, которая есть сейчас? Да, это так. Но то, что «есть сейчас», — это и очень растяжимое, и очень непостоянное понятие. То, что радикально изменилось однажды, может не менее радикально измениться вновь. И почему, кстати, только «может измениться»? Обязательно изменится! Постоянные перемены – это, по большому счету, единственная константа в этом крайне непостоянном мире.

Европа уже меняется – и в направлении, которое совсем не соответствует интересам России. Сравним ту Европу, которая есть сейчас с той Европой, которая существовала еще пять лет тому назад. Разница чувствуется сразу. А еще через пять лет эта самая разница будет еще более весомой – вне зависимости от результатов СВО. Двойное недоверие – к США как к не очень надежному союзнику и к России как к потенциальному противнику – стало «основой основ» европейской внешней политики. И просто так это недоверие не уйдет.

Оно может усилиться, оно может ослабнуть. Но вот свой статус «основы основ» оно не потеряет. Именно в этом разрезе и стоит воспринимать публичные сомнения Столтенберга и Фишера по поводу перспективы долгосрочного выживания НАТО. Ни тот, ни другой политик не заявляют, что этот ненавистный для России альянс обязательно развалится. Они лишь констатируют: то, что раньше считалось немыслимым, более таковым не является. А раз так, то Европа должна быть готова остаться с Россией один на один.

Это тянет за собой необходимость нарастить свои военные «мускулы» - стать более похожей на ту Европу, которая существовала до политической экспансии Америки на наш континент. И к такому раскладу Россия должна относиться со всей серьезностью – без наших привычных насмешек по поводу «ни на что не способных европейских пигмеев». Уже сегодня европейцы – это далеко не «пигмеи» в военном отношении. А завтра от их «пигмейскости» может и вовсе не остаться и следа. Противника, который настроен быть таковым на протяжении всех ближайших десятилетий, ни в коем случае нельзя недооценивать.

А противостоять России европейцы – или, по меньшей мере, значительная их часть – настроены по полной программе. Поэтому к прогнозам о возможной «смерти блока НАТО в его нынешнем виде» нам не стоит относиться эмоционально. То, что придет на смену «блоку НАТО в его нынешнем виде» Москве может очень сильно не понравиться.

Михаил Ростовский