"Второй Нюрнберг", как известно, был в Токио. Началу Токийского трибунала в мае этого года исполнилось 80 лет. И после такой даты, уже в летние недели, в Китае был организован международный симпозиум — долгий, с переездом участников из Шанхая в Нанкин, где была высказана масса полезных и актуальных для сегодняшнего и завтрашнего дня мыслей. Главный вывод такой: никто не отменял понятия военных преступлений. За них и сегодня должны судить.

Ясно, что когда заходит такой разговор, то для нас речь идет прежде всего об украинских военных преступниках. А кого-то здесь первой посещает мысль о секторе Газа, Иране и — раньше — Ираке и Сирии. Можно вспомнить еще несколько мировых сюжетов, когда потенциальные подсудимые пока гуляют на свободе. Однако о том, что международное право существует, напоминают как государственные деятели, так и частные лица — как раз те, что собрались на симпозиум в Китае.

Состав его участников: понятно, что это были прежде всего китайцы и японцы. Но также выступали эксперты из Малайзии, Германии, Бразилии и других стран.

Отмеченный ими ключевой факт: да, методы ведения войны регулируются и ограничиваются законами. Это и фундаментальный, и всеобщий, и никем не отмененный принцип устройства послевоенного мира. Кто-то думал иначе? Тем хуже для такого мыслителя.

Еще одна хорошая мысль, высказанная двумя участниками — немкой и китайцем. Трибуналы в Нюрнберге и особенно Токио были первыми в мировой истории случаями действительно широкого международного судебного разбирательства, в котором на равных участвовали — прямо и косвенно, в качестве свидетелей — представители десятков стран или будущих стран (которым предстояло перестать быть колониями). Это событие и прецедент в международном праве. И их участие сильно шатает тезис о том, что "то был суд горстки держав-победительниц": проигравшие и пострадавшие народы тоже были судьями.

Теперь другие особенности трибунала в Токио, замеченные сегодня. Судили тогда, напомним, по трем категориям обвинений — в точности как в Нюрнберге: агрессия, массовые убийства и преступления против человечности. И по первому пункту японские подсудимые и их адвокаты долго пытались объяснить, что это на них напали. Поэтому здесь внимания заслуживает напоминание (сделанное на симпозиуме бразильцем): агрессия — это не разбирательство того, кто первым формально объявил войну и по какому поводу. Судили и будут судить тех, кто долго и сознательно планировали враждебные акции, вели к ним подготовку. Очень хорошее уточнение и напоминание.

А вот насчет преступлений против человечности — здесь можно и нужно вспомнить массу странностей именно Токийского трибунала. Дело в том, что им рулила личность с цезаристскими замашками — главнокомандующий силами США на Тихом океане Дуглас Макартур.

Формально японцы вручили акт о капитуляции именно ему, он управлял страной, назначал верховного судью трибунала, а также освобождал от ответственности членов императорской семьи: дело в том, что, например, тяжелый случай массового убийства — Нанкинская резня — явно произошел по высшему соизволению.

Так вот, самый актуальный для наших дней эпизод трибунала — это когда все тот же Макартур фактически освободил от ответственности виновных во втором (после Нанкинской резни) самом жутком военном преступлении в Азиатском регионе: опытах на военнопленных и мирных жителях в специальных концлагерях, организованных японцами в Китае. Опытах в процессе разработки биологического оружия.

Сегодня об этих ужасах снимают кино, в том числе российско-китайское, а тогда об "отряде 731" говорили чуть ли не шепотом — в том числе потому, что просто не верили. Но опыты были, просто изуверов не довели до суда, они получили иммунитет (такое решение принимали в США по рекомендации Макартура). Потому что "исследователи" обещали сдать американцам ценнейшие результаты своих, так сказать, наработок. И, без сомнения, сдали.

В итоге СССР решил провести второй, свой трибунал в Хабаровске, по большей части посвященный именно "отряду 731". И там уже никого от ответственности не отмазывали.

Это что же, сейчас с печально известными биолабораториями на Украине будет нечто подобное? Особенно с учетом того, что они и так фактически американские — даже передавать в США ничего не надо.

Кроме того, по результатам Второй мировой, разумеется, не предполагалось судить победителей той же Японии — за ядерные удары по мирным городам или Германии — за уничтожение Дрездена. Этот вопрос сейчас постоянно заметают под ковер с общей идеей, что тогда это было можно, просто некоторые державы-победители "почему-то" не стали разрушать, к примеру, Вену, а другие ее все-таки бомбили. Но сегодня вроде как допустимо бить только по военным целям. Правда, этот закон не писан для украинцев, израильтян и тех же американцев. Однако ничто так не уточняет ситуацию, как хороший судебный приговор, он же прецедент, — желательно надолго.

Из этой же серии крайне актуальным остается вопрос о том, можно ли вести боевые действия, прикрываясь мирным населением во всех формах и видах этой процедуры. И еще много их, таких вопросов, накопилось в последнее время.

Здесь, конечно, можно и нужно вписать симпозиум в Китае в политику КНР по части обуздания японского милитаризма. Китайцы очень внимательно относятся к этой теме и видят то, что другие не замечают. Например, что ультраправые группировки в Японии давно уже подтачивают репутацию Токийского трибунала и жалуются на то, как несправедливо повели себя победители после 1945 года. А заодно — как тогда, на трибунале — сообщают нам: все, что делали японцы годами (оккупировали Китай, часть Индокитая, нынешнюю территорию Малайзии и Индонезии), — это чистейшая самооборона. В общем, пересмотр исторических оценок и уроков Второй мировой — не европейская монополия.

Поэтому тем более важно, когда так далеко от Европы или США собираются люди и напоминают всем: за военные преступления судили — и будут судить.

Дмитрий Косырев