Автор: Мартин Армстронг

Европа, судя по всему, считает, что может заставить весь мир подчиниться. Восемь стран, не входящих в Европейский союз, согласились присоединиться к последним санкциям Брюсселя против Беларуси: Албания, Босния и Герцеговина, Исландия, Лихтенштейн, Черногория, Северная Македония, Норвегия и Украина. Эти меры ещё больше ограничивают торговлю и доступ к технологиям, которые, по мнению Брюсселя, могут способствовать укреплению военного и промышленного потенциала Беларуси. Это преподносится как ещё одна яркая демонстрация европейского единства. Но они никогда не обсуждают, что происходит, когда Европа постепенно лишает себя возможности вести дела со всеми, кто ей политически не нравится.

Европейцы совершенно упустили из виду то, что делало Европу процветающей. Это была торговля. Европа торговала со всеми. Германия покупала энергоносители у России и продавала оборудование в Китай. Великобритания стала глобальным финансовым центром, потому что через Лондон проходил капитал со всего мира. Европейские производители продавали автомобили, химикаты, оборудование и предметы роскоши от Москвы до Пекина и по всему Ближнему Востоку. Торговля создавала взаимозависимость, а взаимозависимость, по крайней мере, сдерживала конфликты.

Теперь Брюссель решил, что внешняя политика заключается в том, чтобы каждые несколько месяцев составлять новый санкционный список. Беларусь - лишь очередное продолжение политики, которая стала институциональной. ЕС заявляет, что санкции против Минска оправданы внутренними репрессиями, поддержкой России на Украине и тем, что Брюссель называет гибридными атаками на Европейский союз. Санкции теперь распространяются на финансы, технологии, торговлю, транспорт, товары военного назначения и производственные мощности. Последние меры намеренно расширяют ограничения на товары, которые могут укрепить белорусскую промышленность, а не только на само оружие.

Как только санкции начинают распространяться не только на отдельных лиц, ответственных за конкретную политику, но и на промышленный потенциал другой страны, вы переходите от дипломатии к экономической войне. Затем политики изображают удивление, когда страна, против которой введены санкции, в ответ выстраивает более тесные экономические и военные связи со странами за пределами Запада.

Предполагалось, что Россия рухнет под давлением санкций. Вместо этого Европа лишилась доступа к дешёвым российским энергоносителям, Россия переориентировала торговлю на Азию, Китай получил огромное преимущество как покупатель, Индия усилила свою роль на мировых энергетических рынках, а европейская промышленность столкнулась с ростом производственных затрат. Сейчас Брюссель готовит очередной масштабный пакет санкций против России. По словам Каи Каллас, следующие меры будут самыми масштабными с начала войны. В санкционный список, который уже охватывает тысячи физических и юридических лиц, могут попасть ещё около 1600 россиян.

Сколько пакетов санкций должно быть принято, прежде чем кто-то в Брюсселе признает, что санкции не заменяют дипломатию ?

В июле ЕС уже принял 21-й пакет санкций против России, направленный против ещё 218 физических и юридических лиц, в том числе 94 российских банков, а также Московской биржи, криптовалютных операторов, объектов нефтяной инфраструктуры и дополнительных компонентов так называемого теневого флота России. Под санкции попали более 100 российских банков, десятки из них отключены от SWIFT. Тем не менее Россия всё ещё существует, и война продолжается.

Эта одержимость становится экономически саморазрушительной, потому что Запад всё чаще считает нейтралитет неприемлемым. Европе уже недостаточно самой вводить санкции против других стран. Брюссель хочет, чтобы страны-кандидаты, соседние государства, корпорации, банки, судоходные компании и правительства по всему миру также поддерживали европейскую внешнюю политику. Европейский совет открыто призвал другие страны присоединиться к санкциям ЕС, особенно страны-кандидаты.

Албания, Черногория, Северная Македония и Босния и Герцеговина - все они стремятся к европейской интеграции. Брюссель экспортирует свою внешнюю политику ещё до того, как некоторые из этих стран вступят в Евросоюз.

Европа неуклонно делит мир на страны, которые она одобряет, и страны, торговля с которыми становится политически подозрительной. Россия находится под санкциями. Беларусь находится под санкциями. Иран находится под санкциями. Различные китайские компании попали под ограничения, связанные с Россией. Торговля с другими странами всё чаще подвергается проверкам на предмет обхода санкций. Брюссель превратил международную торговлю в проверку на политическую лояльность.

Китай понимает то, чего не понимает Брюссель. Торговля создает влияние. Инфраструктура создает влияние. Инвестиции создают влияние. Вот почему Китай десятилетиями выстраивал коммерческие отношения со странами Азии, Африки, Латинской Америки и Ближнего Востока. Европейцы приходят с правилами, лекциями и санкциями, а Китай приходит с вопросом, что вы хотите купить и что продать.

Санкции превращают финансовую систему в оружие. Каждый раз, когда западные правительства замораживают активы, блокируют банки или запрещают транзакции, другое правительство где-то в мире задается вопросом, не могут ли его собственные резервы и коммерческие отношения в конечном итоге подвергнуться такому же обращению. Необязательно, чтобы Китай завтра заменил доллар или евро, чтобы этот процесс имел значение. Достаточно того, что правительства и корпорации постепенно создают альтернативы, потому что больше не считают западную финансовую инфраструктуру политически нейтральной.

То же самое произошло с российской энергетикой. Европа считала, что может диктовать, где продавать российские товары, потому что Брюссель до сих пор думает, что Европа контролирует мировую торговлю, как это было в колониальную эпоху. Те времена прошли. На долю Азии приходится огромная часть глобального экономического роста. Китай и Индия являются крупными потребителями сырьевых товаров. Ближний Восток становится всё более важным финансовым центром. Страны Глобального Юга больше не готовы выстраивать всю свою внешнюю политику в соответствии с требованиями Брюсселя или Вашингтона.

Германия уже на собственном опыте убеждается, что происходит, когда геополитика подменяет собой экономику. Её промышленная модель зависела от дешёвой энергии и огромных внешних рынков. Российская энергия была принесена в жертву санкциям, а Китай всё чаще становится конкурентом, а не просто клиентом. Затем Брюссель наваливает на промышленность правила, налоги и бюрократию, связанные с углеродной нейтральностью, и удивляется, почему закрываются заводы или инвестиции уходят в другие страны.

Восемь стран, присоединившихся к санкциям против Беларуси, в отдельности могут показаться незначительными. Но это не так. Они представляют собой расширение геополитической системы, в рамках которой Брюссель всё чаще ожидает, что страны, окружающие ЕС, примут его врагов как своих.

Чем больше Запад превращает в оружие торговлю, банковское дело, валюты, технологии и энергетику, тем сильнее становится стремление всех, кто не входит в Западную систему, создавать системы, которые Вашингтон и Брюссель не смогут контролировать. Таким образом, Европа помогает создавать тот самый многополярный мир, которого опасается её политический истеблишмент, одновременно ослабляя собственную промышленную конкурентоспособность.

Комментарий автора:

Когда стремление вступить в говно Еврорейх (не то зачеркнул, наверное) сильнее инстинкта самосохранения - это диагноз.

Ладно, дебилам из Албании и БиГ всё равно (кроме Республики Сербской, наверное, но не точно). Черногория, где российские туристы кормили экономику, стреляет в ноги с двух рук. Соревнуются за звание нищеброда Европы №1 с Болгарией и Албанией. Про страну без собственного названия, нации и мнения я вообще молчу.
Источник