Почему не стоит считать прибалтов главными застрельщиками антироссийской политики ЕС


На фоне внешнеполитических судорог Европы, вызванных приближением перспективы урегулирования конфликта на Украине, особенно зрелищно выглядят переживания дипломатов и политиков из бывших прибалтийских республик Советского Союза.

Тем более что эстонка Кая Каллас занимает сейчас пост представителя ЕС по внешней политике и безопасности. И имеет соответствующий рангу доступ к вниманию со стороны средств массовой информации.

Конечно, никто в здравом уме не станет спорить, что входившие когда-то в СССР прибалтийские республики — настоящий оплот русофобии. И так будет до тех пор, пока эти государства фундаментально не пересмотрят свое место в мире, а такое случается крайне редко.

Они навсегда привязаны к России географией, поместившей Литву, Латвию и Эстонию на узеньком подоконнике с прекрасным видом на Балтийское море и невероятными просторами России за спиной. И если прибалты не могут жить за наш счет, то неизбежно начинают эксплуатировать образ главных «борцов с российской угрозой».

Такую стратегию выдаивания денег из остальной Европы придумали, разумеется, не Кая Каллас или ее батюшка Сийм Каллас — бывший министр финансов Эстонии, а в советские годы высокопоставленный функционер КПСС. Настоящие авторы — ливонские рыцари, в чьих поместьях предки этой семьи 500 лет назад крутили хвосты коровам.

И даже думать не могли о том, что когда-то возникнет такая штука, как эстонская государственность. Именно тогда, под страхом переброски на поля сражений с османами, братья-рыцари изобрели «угрозу с Востока» и идеологически приравняли русских к туркам, как одинакового масштаба опасность для католического мира.

Так что даже опыт извлекать выгоды из своего приграничного положения — не изобретение наших маленьких прибалтийских «друзей». Они вообще пока во внешней политике ничего толкового не придумали. Другое дело, что аргументы ливонцев были на ура восприняты в Западной Европе, где раньше о России вообще мало что знали. Но сразу ухватились за выглядевшие перспективно идеи. И уже в конце XVII — начале XVIII столетий неприязненное отношение к России стало одной из дипломатических норм при дворах самых могущественных европейских монархов.

На первом месте была Франция, чей владыка Людовик XIV мгновенно углядел недоброе в намерениях молодого Петра Первого качественно изменить облик и содержание своей державы. И оказался прав: модернизация по-европейски действительно была нужна русскому царю, чтобы добиться равноправия с ведущими государствами Европы, в то время как их правители считали эти притязания категорически неприемлемыми. Разгромив Швецию, российское государство обеспечило себе такое положение на пару столетий вперед.

И сразу оказалось в дипломатической изоляции, организованной Британией. Просто потому, что Россия выиграла «не по правилам», то есть оставила победу на счет своих воинских заслуг, а не хитросплетений европейской дипломатии. Надо признать, что мы действительно «не по понятиям» зашли в европейский дом и отказались играть там ту роль, которую отводили России его старые обитатели.

Так что гильотину изобрели не в Костроме, а русофобию, как систему взглядов на Россию, — не в Риге, Таллине или Вильнюсе, а в Париже и Лондоне. И сейчас именно крупные страны Западной Европы находятся в центре антироссийской коалиции. Но «бросаться на амбразуры» они явно не собираются.

Наоборот, ищут способы, как бы подбить сделать это вместо себя, например, поляков. Которые, можно сказать, только жить прилично начинают. И воевать совершенно не хотят. Будем надеяться, что и не придется.

Хотя истеричные вопли из Прибалтики звучат громко, преувеличивать их значение не стоит. Серьезные противники России в Европе географически к нам не привязаны и с удовольствием восстановят отношения, как только ресурс текущей игры на обострение окажется для них исчерпанным.

Первыми это сделают британцы, потом подтянутся французы, а последними приплетутся немцы. Прибалтов же Западная Европа всегда рассматривала и будет рассматривать исключительно инструментально. А они и рады.

Тимофей Бордачев, программный директор клуба «Валдай», научный руководитель ЦКЕМИ НИУ ВШЭ