После того, как стало известно, что в ходе атаки США и Израиля на Иран был убит Верховный лидер Ирана Али Хаменеи и объявления Тегераном джихада, эскалация конфликта вышла на кардинально новый уровень. Рынок нефти залихорадило. Нервозности добавила новость о том, что в Ормузском проливе был атакован танкер Skylight, шедший под флагом под флагом Палау.

Внебиржевый курс Brent к середине дня 1 марта уже превысил $76 за баррель. Британская биржа ICE, на которой торгуется североморский эталонный сорт нефть, откроется после выходных 2 марта. На закрытии торгов эталон в пятницу торговался за $72,5 за баррель.

Глава РФПИ, спецпредставитель президента России Кирилл Дмитриев написал: «Скоро цена на нефть превысит 100 долларов за баррель». О столь высоком влиянии конфликта в Персидском заливе предупреждают и многие другие эксперты.

Генеральный директор Института национальной энергетики о газовом аспекте иранской войны Сергей Правосудов обратил внимание на то, что американские и израильские атаки могут привести к прекращению экспорта еще и иранского газа в Турцию, которая будет вынуждена наращивать импорт из России через «Голубой поток» и «Турецкий поток».

Перекрытие пролива иранскими силами, также их действия против Катара, по словам аналитика, могут привести к прекращению оттуда поставок СПГ. При этом страна является вторым экспортером сжиженного природного газа после США.

Прекращение катарских поставок значительно усложняет положение для Германии и всего Евросоюза на фоне истощения подземных хранилищ газа, а это открывает дорогу сохранившейся нитке «Северного потока-2», о возобновлении работы которой европейские руководители могут задуматься.

Правосудов полагает, что в условиях плана по отказу от российского газа ЕС есть смысл наладить прокачку карачаганакского газа из Казахстана через Россию и по «Северному потоку-2» по аналогии с экспортом казахстанской нефти через северную ветку «Дружбы».

Реалистичности плану добавляет тот факт, что среди акционеров Карачаганакского нефтегазоконденсатного месторождения есть британская Shell (29,25%), итальянская Eni (29,25%) и американская Chevron (18%).

После гибели Али Хаменеи остается вопрос, полностью ли американцы хотят сместить власть в Иране, или остановятся на этом, заявив о победе, отметил эксперт Финансового университета и Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков в разговоре с «СП».

— Судя по заявлениям администрации президента США Дональда Трампа речь идет все же об изменении политической ориентации ближневосточной страны. Для достижения такой цели американцы будут стремиться усугубить экономический кризис в Иране, лишив его экспортной выручки, основная часть которой идет в государство от продажи нефти.

На первом этапе мы увидели американские удары по иранскому руководству и военным объектам, но в ближайшие дни не исключены и действия против нефтехранилищ, портов и месторождений. Или США просто будут блокировать экспорт иранской нефти, как это уже происходило с Венесуэлой.

Такой сценарий сам по себе уже будет толкать цены наверх до примерно $80 за баррель Brent, потому что Иран экспортирует 1,5−2 млн баррелей в сутки (б/с).

Это довольно значимый объем для мирового рынка. Для сравнения, Венесуэла в прошлом году экспортировала примерно 500 тыс. б/с.

«СП»: При каких условиях возможен более существенный рост вплоть до $100 за баррель?

— Это уже сценарий с полным перекрытием Ормузского пролива и остановкой всего экспорта нефти как из Ирана, так и из Саудовской Аравии, Кувейта, Ирака, большей части поставок ОАЭ (через пролив экспортируется 15−20% мировых поставок нефти и конденсата, более 80% из которых направляются азиатским потребителям — «СП»).

Пока что мы видим противоречивую информацию. С одной стороны, Иран уже предупредил 28 февраля о том, что через пролив нельзя проходить из-за опасности, но 1 марта было заявление, что все же пролив можно использовать.

В общем пока сохраняется дефицит информации, но он действует для всех игроков на рынке. Соответственно, многие судовладельцы будут остерегаться вообще проходить через пролив. Де-факто для значительной части торговцев он будет считаться заблокированным. В любом случае стоимость перевозок вокруг Ормуза возрастет, и все это будет закладываться в нефтяные цены.

2 марта все будут искать подтверждение, можно ли проходить через пролив, и есть ли повреждение инфраструктуры Ирана.

$80−85 за Brent на неделе 2−8 марта вполне возможны, если напряженность вокруг Ормузского пролива будет по-прежнему сохраняться на фоне сообщений о сокращении экспорта нефти из Ирана.

«СП»: Как будет складываться рыночная обстановка для основного российского сорта нефти?

— Если дисконт на Urals даже сохранится в районе $30 за баррель, то его стоимость все равно приблизится к $50 за баррель, если речь будет идти о сценарии чуть более $80 за «бочку» Brent.

Превышение ценового потолка ЕС уже не играет никакой роли, потому что у России достаточно «теневого флота» для вывоза всех объемов.

Укладывание нефти в потолок скорее определяет некоторую маржинальность за счет повышения конкуренции между судовладельцами за возможность вывозить российскую нефть и снижения стоимости перевозок, но на саму нефть физически это никак не влияет.

«СП»: 1 марта в ходе онлайн-встречи восемь стран ОПЕК+ (Россия, Саудовская Аравия, Ирак, Кувейт, ОАЭ, Алжир, Оман и Казахстан), которые добровольно сокращают добычу в качестве дополнения к ограничениям всех стран ОПЕК+ решили нарастить квоты по производству энергоносителя в апреле на 206 тыс. б/с. Ожидалось ли такое увеличение и ранее, или это уже прямое следствие начала конфликта?

— Может быть, восемь стран на встрече все же заложили немного дополнительного объема в рамках наращивания добычи, потому что ранее поступала информации о возможном росте на 130−140 тыс. б/с с апреля. Это было бы сопоставимо с увеличением квоты с апреля 2025 года.

Такой базовый рост связан с борьбой ОПЕК+ за свою долю на рынке в связи с началом автомобильного сезона в Севером полушарии. Поэтому они сейчас накинули примерно 60−70 тыс. б/с, ожидая, что ситуация вокруг Ирана все же приведет к сокращению добычи и экспорта нефти из государства.

«СП»: Россия получила дополнительное увеличение на 62 тыс. б/с, до 9,637 млн б/с. Получится ли реализовать данную квоту?

— Последние месяцы Россия выбирала квоту не в полном объеме. Но это просто приводит к тому, что российские нефтяные компании досрочно завершают программу компенсации. Ранее, до 2025 года, Россия иногда нарушала квоту, добывая больше, чем положено. Поэтому в ОПЕК+ для нас и других стран действует программа компенсации производства лишней нефти.

Все же физически и экономически Россия вполне может добывать в рамках квоты. Думаю, что в 2026 году суммарный объем добычи нефти будет больше, чем в 2025 году (по данным вице-премьера Александра Новака, в прошлом году производство энергоносителя снизилось на 0,8%, до 512 млн тонн — «СП»).

Георгий Смирнов