Конный пруд в Новой Москве — место, которое ещё недавно считалось одним из самых тихих уголков стремительно растущей Коммунарки.

В этот субботний летний вечер 46-летняя женщина-офицер Минобороны РФ, мать двоих сыновей, просто возвращалась домой. Она была капитаном ВС РФ, человеком, привыкшим к дисциплине и порядку. Её жизнь оборвалась за считанные секунды.

По данным интернет-ресурса «ВФокусе Mail», нападение на нее совершил 17-летний гражданин одной из бывших республик СССР. Ранее он уже привлекался к уголовной ответственности за кражу, но остался в стране.

Парень нанёс женщине удар ножом в область шеи. По словам очевидцев, кровь из раны хлестала фонтаном, а приехавшая «Скорая» спасти офицера не смогла. Двое её несовершеннолетних детей остались круглыми сиротами.

Игра в непонимание

Подозреваемого задержали тем же вечером неподалеку, на Лазурной улице. На первых допросах юноша, прекрасно до этого общавшийся на русском языке, внезапно забыл все слова и потребовал переводчика. Вскоре игра в непонимание закончилась: подросток признал вину. Сейчас он находится в СИЗО. Его мать и сестру, проживавших вместе с ним, готовят к депортации на родину.

Убийство у Конного пруда стало последней каплей, переполнившей чашу терпения жителей ТиНАО. Страх здесь копился месяцами. Если открыть карту района и отметить две точки — место гибели женщины и локацию, где местные жители анонимно снимают видео для соцсетей, — расстояние между ними составит меньше 500 метров.

Это зона абсолютной бесконтрольности. Эпицентром напряжения стала дом 12Б на Фитарёвской улице, а также прилегающие территории хостелов и уплотненной застройки ЖК «Эдальго». По вечерам эти узкие, плохо освещённые улочки превращаются в территорию чужого порядка. Здесь собираются большие группы мужчин, звучит громкая нерусская речь, регулярно происходят конфликты и драки.

Женщины отказываются выходить в магазин после заката, а мужчины предпочитают делать крюк через освещённый проспект. Ситуация критически обострилась в преддверии 1 сентября. Родители осознают: скоро их дети пойдут в школу и будут вынуждены возвращаться домой по этим тёмным коридорам одни.

На фоне трагедии инициативная группа жителей Коммунарки составила официальное обращение на имя президента.

Жители просят не ограничиваться показательными рейдами полиции, которые традиционно затухают через неделю после резонансного убийства.

«Мы требуем обеспечить базовое право на безопасность. Люди не должны бояться выходить из дома, женщины — возвращаться с работы, а родители — сходить с ума от тревоги за детей, возвращающихся из школы», — говорится в письме граждан.

Ответственность диаспоры и родителей: поиск новых юридических механизмов

Трагедия в Коммунарке с новой силой подняла вопрос об ответственности диаспор. Подросток-мигрант не живет в вакууме: его содержат родители, которые обязаны контролировать круг общения ребёнка.

Сегодня правоприменительная практика сталкивается с парадоксом. Родители убийцы проходят по делу как свидетели. Их готовят к депортации из России вместе с дочерью, однако прямой юридической связки между статусом взрослых и преступлением сына де-факто нет.

Семья может оспорить депортацию в суде или затянуть процесс на месяцы. В итоге механизм наказания буксует: убийца изолирован в СИЗО, а его семья имеет легальную возможность остаться в регионе. Общественный запрос звучит жёстко: необходимо введение нормы об автоматической семейной высылке при совершении подростком-мигрантом особо тяжких преступлений против личности.

Государство дало семье право воспитывать ребёнка на своей территории. Семья не справилась с базовым обязательством — гарантировать безопасность своего подопечного. Это должно стать безусловным триггером.

Пока следователи распутывают детали дела, жизнь в столичной Коммунарке замерла в тревожном ожидании. Главный вопрос остаётся открытым: станет ли эта смерть поводом для перезагрузки системы контроля за мигрантами?

Почему подобные трагедии вскрывают общие провалы миграционной политики и что нужно менять в российском законодательстве «Свободная Пресса» попросила ответить директора информационно-аналитического центра «Прогноз» Юрия Московского.

«СП»: Юрий Викторович, почему существующие механизмы контроля за местами компактного проживания иностранцев не работают?

— Здесь важно понимать, что считать контролем. Это главный вопрос. Контроль должен заключаться в недопущении правонарушений со стороны иностранных граждан, да и всех остальных тоже. И это происходит.

Если анализировать общий уровень преступности, то он у нас в стране снижается, в том числе и среди иностранных граждан. Конечно, бывают вопиющие случаи, громкие преступления, но не только же среди мигрантов.

К величайшему сожалению, человек склонен к правонарушениям. Каждый мужчина в течение своей жизни совершает несколько проступков, за которые его можно посадить в тюрьму. Я говорю это к тому, что стопроцентный контроль приведёт к стопроцентным посадкам всего населения страны. К слову, это касается не только России.

«СП»: Почему 17-летний подросток, уже судимый за кражу, не был депортирован из России сразу после первого приговора?

— У нас в законе не прописана депортация за сам факт судимости. Нельзя считать, что судимый человек (неважно, иностранец он или россиянин) априори преступник.

Не будем же мы сейчас на всех осуждённых браслеты надевать.

«СП»: У нас действует программа воссоединения семей, по которой приехал подросток. Не кажется ли вам, что этот механизм стал лазейкой для ввоза нетрудоспособных родственников и криминально настроенной молодёжи? Нужно ли его пересматривать?

— Думаю, что ничего пересматривать не надо — наше законодательство в этом вопросе и так ужесточено очень сильно. Но если исходить из логики «чем меньше народа, тем меньше нарушений», то можно ужесточить правила ещё сильнее.

«СП»: Как вы считаете, пришло ли время менять саму концепцию трудовой миграции? Может быть, России стоит полностью отказаться от массового завоза неквалифицированных рабочих?

— Не считаю, что нужно менять эту концепцию. То, что есть сейчас, — безусловно сложный, но работающий механизм, который, увы, иногда может давать сбои. Мы, конечно, можем вообще прекратить въезд иностранных граждан в РФ, отменить любые программы, в том числе и воссоединение семей. Но возникает вопрос: «А зачем?».

Естественно, можно обойтись и без приезжих. Ну привыкли же все мы жить в России без тех 14 республик, которые вместе с РСФСР составляли единую страну. Ничего, постепенно справились, адаптировались, но, правда, несколько десятков тысяч человек умерли в процессе адаптации…

Если же говорить серьёзно, то у нас нет массового завоза мигрантов, большинство иностранцев едут к нам сами. Надо понимать, что мигранты — это не прихоть политиков, их требует экономика.

Неквалифицированной рабочей силы нашей стране не хватало всегда, в том числе и во времена СССР. Я вот сам работал на ткацкой фабрике уже в 15 лет под чужими документами. А всё почему? Потому что банально не хватало там людей. Студентов отправляли на стройки, в колхозы — на сбор урожая. И всё по той же причине — нехватка рабочих рук.

«СП»: Что делать, чтобы подобные трагедии больше не повторялись?

— Это крайне сложный вопрос. Даже в самом идеальном обществе преступность в той или иной мере будет всегда. Чтобы её стало меньше, нужно делать так, чтобы у людей даже мыслей не было совершать правонарушения. Одним из барьеров является осознание неотвратимости наказания.

Кстати, сейчас для этого делается всё. В России раскрываемость тяжких преступлений фактически достигла 100 процентов. И это не только благодаря новейшим техническим средствам, но и прекрасной оперативной работе наших правоохранительных служб, которые находят преступников уже на второй-третий день. Это должны знать все: любое преступление будет раскрыто, и тебя за него посадят в тюрьму. Старая истина гласит: для снижения уровня преступности необходима неотвратимость наказания.

А ещё сами мигранты должны понимать, что каждый случай правонарушения в их среде ударит по этой самой среде крайне жёстко. У нас нет понятия коллективной ответственности, но по факту один подонок совершает преступление, а тысячи его соотечественников в результате страдают. Источник