Авсянников Владимир. Позывной «Белый»

24.07.1996 – 14.06.2017

Город — Кировское


В свои восемнадцать лет Володя Авсянников был настоящим патриотом. Он еще не успел жениться и обзавестись детьми, не построил свой дом и не вырастил дерево, но он точно знал, что если не встанет на защиту Республики, никогда себе не простит этой слабости.

Он рос в многодетной семье в Новоорловке. Отца не было, и матери приходилось много работать, чтобы прокормить семью. Часто бывая у бабушки, научился доить коров. Сначала одну, а потом уже с тремя управлялся. С братьями и сестрами Вова не просто дружил. Это была настоящая группа единомышленников. На правах старшего брата был и защитником, и другом братьям и сестрам. По словам матери, учился хорошо, без нареканий. Увлекался танцами, и никогда не пропускал конкурсов и соревнований. Дома и сейчас хранятся дипломы и благодарности.


Время шло, парень окончил школу, затем Донецкое училище на маляра-штукатура. Ни о чем другом не мечтал. Знал, что семье надо помогать, поэтому и выбрал рабочую профессию.

По окончании училища встал вопрос о том, как прокормить семью, помочь маме. Начал ездить по разным городам на заработки. Когда в депо предложили работу монтера путей – не раздумывал. Готовился получить специальность высшей категории, но так и не успел.

События 2014 года перевернули всё сознание не только Володи и его друзей. Многие знакомые мужчины ушли в ополчение. Не хотел оставаться дома и Володя. Он несколько дней готовил мать к тому, что надо смириться с его решением. Семья уговаривала восемнадцатилетнего парня остаться дома, но он ответил, что если не он, то кто будет Родину защищать?

9 августа 2014 года Владимир Авсянников ушел в ополчение, получив позывной «Белый». Мать и сейчас не знает, кто дал сыну это имя. Вроде и не белые волосы. Возможно, за его чистые убеждения.


Отстаивал «Белый» Шахтерск, Дебальцево, аэропорт, Горловку, Новоазовск. За всё время получил три контузии. Последняя была серьезной. Долго лежал в больнице, потом дома. Мать уже была уверена, что сын не вспомнит о войне. Тяжелые приступы головной боли преследовали его круглосуточно.

Не знала Оксана Владимировна, что сын давно решил вернуться к своим боевым товарищам. Не знала и о том, в каких сложных условиях приходилось воевать сыну. Он никогда ей не рассказывал о службе, понимая, что материнское сердце не выдержит страха и ужаса.

22 февраля 2017 года «Белый» вернулся в строй.


И снова связь только по мобильному телефону. Снова недомолвки и разговоры ни о чем. Каждый раз, разговаривая с матерью, Володя говорил, чтобы ждала его с победой. Неожиданно приехал домой в апреле на пару дней. Не наглядевшись на сына, Оксана Владимировна снова прощалась. Он улыбнулся и пообещал приехать в июне.

14 июня 2017 года Оксана Владимировна была на работе. Прибежал сын и сказал, что ему позвонил Володин командир…

На похоронах боевые товарищи встали перед матерью на колени и благодарили за сына. Воевал в разведгруппе 26-й бригады.

Отряд находился на позиции, когда прямым попаданием вражеского снаряда было уничтожено укрытие, в котором находился «Белый».

Хоронили Владимира Авсянникова в Кировском с военными почестями.

Торопенко Анатолий Анатольевич. Позывной «ТТ»

14.09.1975 — 14.01.2015

г. Макеевка


— Когда в Донбассе случилась тяжелая военная обстановка, и совсем рядом, на Нижней Крынке творились ужасные вещи, сын сказал: «За что они нас убивают? За что убивают стариков и детей? Я не могу смотреть на это», — вспоминает Нина Михайловна, мать погибшего защитника Республики.

-Уже тогда мы боялись остаться без сына, боялись, что украинские солдаты убьют его и очень просили уехать, а он сказал: «Если не я, то кто? Тем, у кого есть дети, им нужно их растить, а я один. Я должен защищать». Как-то возвращаюсь домой, а на столе записка: «Я больше не могу на это всё смотреть. Я ушел». Ушел тихо. Не сказал нам с отцом.

Анатолий Торопенко ушел на защиту Донбасса в августе 2014 года. Мужчина, прошедший службу в пограничных войсках, умел держать в руках оружие, и не понаслышке знал, что захватчик, посягнувший на Родину, не может быть лояльным, кто бы перед ним не стоял на пути.

Анатолий ежедневно созванивался с родителями, но долго держал в секрете, где и чем занимается. Часто выдумывал небылицы, рассказывая спокойным голосом, что вокруг все спокойно, что хорошо кормят, тепло и мягко спят. Но разве обманешь материнское сердце, которое рвалось на части. Готова была в любой момент собраться и отправиться на поиски единственного сына, чтобы хоть одним глазком посмотреть, жив ли, не болеет ли?


Анатолию не было сорока лет. Его короткая жизнь была в самом расцвете: еще не нашел любовь всей своей жизни, еще не родились дети и не построен дом.


Анатолий был трудолюбивым и покладистым парнем. С детства старался научиться всему, чему учил отец. Он и на шахту устроился работать именно потому, что там работал отец – Анатолий Николаевич. Окончив школу, Толя поступил в Стахановский инженерно-педагогический институт. Это были сложные годы — перестроечные. Всем было тяжело. На шахте отцу денег почти не платили. Из-за материальных трудностей пришлось оставить институт и пойти служить в армию.


Отслужил в погранвойсках в Форосе, в Крыму. Вернулся домой, и сразу вернулся в родной институт. Получил диплом инженера-педагога, но устроился работать на шахту Кирова взрывником, где работал его отец. А потом и младшая сестра Татьяна устроилась работать на подъеме.


38 лет для мужчин – самый подходящий перспективный возраст, если бы не война. Ведь только война может навсегда оборвать не только планы и надежды. Война обрывает человеческие жизни.

— За неделю до гибели сын на несколько часов приехал домой помыться, переодеться, поесть домашней еды, — вспоминает Нина Михайловна. – Толя с детства был самостоятельным, всегда все делал сам. И в тот раз не дал за ним поухаживать. Мы так долго с ним разговаривали. Ничего не рассказывал тревожного, чтобы я не волновалась. Но душа словно чувствовала беду. Он вдруг жестким голосом сказал: «Я должен защитить землю нашего деда, Михаила Семеновича Степанова, который прошел и Ленинградскую блокаду, и всю войну.

— А потом их отправили в Докучаевск, — продолжает Нина Михайловна. — 13 января 2015 года, поздно вечером мы созвонились.

«Сынок, береги себя. Ты у нас один», — напоследок просила мать. Сын что-то мягко ей отвечал, успокаивал. В час ночи он погиб.

Как рассказали родителям сослуживцы, все произошло у блокпоста в Докучаевске. Рядом с полем, заминированным противником, завязался бой. От осколочных ранений Анатолий погиб на месте, а его боевой товарищ получил ранение ног. Когда ополченцы обнаружили двух своих бойцов, поняли, что спасать надо одного, второй – погиб.

Похоронили Анатолия Торопенко (позывной «ТТ») с воинскими почестями на Буросовском кладбище рядом с могилой деда и родной сестры, которая в 2003 году погибла в ДТП под городом Снежное, когда рабочий автобус вез шахтеров в ночную смену. Тане было 23 года.

Отец, Николай Анатольевич, держался, не плакал. Иногда Нина Михайловна, слыша ночью, в соседней комнате, прерывистое дыхание мужа, понимала, что плачет. Приходила поговорить, вспомнить своих детей. 8 января 2019 года его не стало. После перенесенного инсульта Николай Анатольевич часто говорил, что у него нет сил. Смерть детей его совсем подкосила.

— Теперь все рядышком лежат, — плачет горем убитая женщина. – Дед, дочь, сын, муж… Приду на кладбище, а они там лежат… все рядышком… Никого у меня нет. Ни мужа, ни детей, ни внуков… Как жить?

Когда в День Победы по центральной улице Макеевки идет Бессмертный полк, Нина Михайловна берет портреты своих самых близких и любимых, и медленно идет в одной колонне со всеми. Она твердо знает, что их разделяет вечность, но всегда они здесь – в душе, в сердце.