Линия фронта тянется на тысячи км. Хватит ли у противника ресурсов, чтобы сымитировать главный удар на каком-то направлении, при этом спрятав его в другом месте?

▪ Такой вариант возможен. Так же противник действовал в августе-сентябре. Опираясь на инфраструктуру Харькова, ВСУ завели в подземелье огромное количество бронетехники. В последние несколько суток противник её вывел и направил к линии фронта. Мы не можем контролировать, куда и что завезли украинцы. Они способны изобразить разведку боем. Для этого нужно только по паре батальонов тактических групп на каждом направлении. Таким образом ВСУ смогут скрыть свои приготовления. Однако сделать это можно, только опираясь на серьёзные промышленные города: Харьков, Краматорск, Славянск, Запорожье.

▪ Позапрошлой ночью на угледарском направлении ВСУ попытались применить эту тактику локально. Это была разведка боем с использованием огневого поражения и массированной атаки дронов. Противник хотел взломать передний край нашей обороны в двух местах. Мы отразили атаки. Это внушает оптимизм. ВСУ необходимо именно первым ударом парализовать нашу оборону. Пока украинцы проваливаются.

Мы обсуждали возможное форсирование Днепра. Наш «Ланцет» поразил украинский военный катер. Таким образом ВСУ тестируют нашу оборону? Не слишком ли дорогую цену они платят?

▪ Не знаю, где точно был поражён этот катер. На острове Потёмкинский постоянно идут столкновения. Противник всё время высаживается, а мы его поражаем. Возможно, катер просто подвозил гарнизону личный состав и снаряжение. Чтобы выбить эту группу, мы и поразили катер «Ланцетом». Не думаю, что это была разведка боем.

▪ Что касается форсирования Днепра на разливе, – это самоубийство. Если ВСУ попробуют организовать понтонный мост, мы вынесем его в первые же сутки. Противник не сможет снабжать группировку.