Всего за несколько дней войны США почти целиком уничтожили ВМС Ирана – четыре десятка кораблей. Почему американцам удалось так быстро и практически без потерь со своей стороны лишить Иран военно-морского флота? Ответ на этот вопрос кроется в том, как по-разному Иран и США подходят к военно-морскому строительству.

Вследствие неравенства в силах между США и Ираном исход борьбы между ВМС США и иранским флотом был бы предрешен – но цена успеха для США могла бы быть иной. ВМС США многое сделали для того, чтобы не оставить сопернику ни единого шанса.

ВМС США натренированы на смертельную битву с СССР

Основы организации и тактики современных ВМС США заложил последний период холодной войны. С точки зрения организационных особенностей они следующие.

Во-первых, крупные надводные корабли рассматриваются прежде всего как средство противовоздушной (ПВО) и противоракетной (ПРО) обороны. Имея внешнее целеуказание, эсминцы ВМС США, вооруженные противоракетами Standard SM-3, могут сбивать цели в космосе на высоте примерно 1050 км. Дальность поражения – тысячи километров (за счет снижения высоты, естественно).

В воздушном пространстве эсминцы поражали ракетами Standard SM-6 маловысотные сверхзвуковые цели на расстоянии более 200 км от корабля. Те же SM-6 способны поразить и надводную цель. Системы обмена информацией позволяют применять любую одну тактическую единицу по наведению любой другой в автоматизированном режиме (например корабль с выключенными радиолокационными станциями может сбивать цели, которые наблюдает самолет ВМС где-то далеко).

Главным ударным средством ВМС США является авиация с авианосцев.

В теории летчики-палубники могут и наносить удары по надводным целям, и атаковать наземные, и вести борьбу с авиацией противника. На практике опыта в поражении надводных целей у них не так много – не на ком было практиковаться, кроме не оказывающих сопротивления мишеней. Однако потенциал любой палубной эскадрильи таков, что в мире не существует ни одного надводного корабля, способного пережить ее удар, если он правильно проведен.

Одним из основных средств уничтожения надводных кораблей являются подлодки. Противолодочную оборону обеспечивают подводные системы гидроакустической разведки, базовая патрульная авиация, морские вертолеты с кораблей и сами подлодки ВМС США. Надводные корабли тоже могут вести бой с подлодками, но в наши дни это не главное их предназначение.

Вся деятельность ВМС США подчинена тому, чтобы учиться воевать. Они даже закупали российские сверхзвуковые ракеты-мишени, чтобы учить своих корабельных зенитчиков сбивать самые опасные противокорабельные ракеты, такие как «Москит». Их умение вести борьбу за живучесть кораблей позволяло буквально вытаскивать корабли «с того света». Любая ситуация, когда моряки что-то скрыли от общества в части боеспособности, порождает массу политических скандалов, книг-расследований и кадровых перестановок.

Обусловлено это было тем, что в 80-е американские моряки всерьез верили, что им придется воевать против СССР, и готовились к этому с предельной ответственностью людей, которых ждет драка насмерть, причем не когда-то, а буквально завтра.

После распада СССР длительная уверенность в том, что больше им не понадобится воевать с по-настоящему серьезным противником, породила в ВМС США процессы явно видимой деградации. На стратегическом уровне у США возникло непонимание того, какой будет следующая большая война. В части кораблестроения: «прожекты» типа литоральных боевых кораблей LCS или эсминцев типа Zumwalt, впрочем, и фрегаты типа Constellation – явления того же порядка. Умение американских моряков вести борьбу за живучесть просело. Однако запас прочности ВМС еще огромен, а принцип «флот предназначен для войны» по-прежнему основополагающий.

Иранские ВМС как «церемониальный» флот

Иранские моряки уже сходились в бою с американцами. Последним морским сражением прошлого века была операция «Богомол». Иран тогда проиграл всухую, потеряв корабль, катер, три быстроходных лодки и 56 человек убитыми. ВМС США добились всех своих целей, потеряв один вертолет по неизвестной причине и двух человек убитыми.

С тех пор Иран вложил большие ресурсы во флот, но этот флот был скорее инструментом дипломатии, нежели войны. Время от времени Иран спускал на воду какой-то футуристически выглядящий корабль. Иранские СМИ и патриотические форумы захлебывались от восторга о том, какое это чудо боевой техники. Иранцы присваивали своим кораблям несоответствующие их реальным возможностям классы – какой-нибудь сторожевик назывался «эсминцем».

Многое из того, что имели ВМС Ирана, было или переделками, или копиями европейских легких катеров, спроектированных в конце 70-х годов, или тем, что осталось от эпохи шаха.

На начало текущей войны ВМС Ирана имели в Персидском заливе (силы на Каспии по понятным причинам можно исключить из рассмотрения) два корвета типа «Баяндор» по 900 тонн американской постройки 60-х годов прошлого века, три фрегата типа «Алванд» по 1,1 тыс. тонн, построенные в Англии в 1968-1971 года, три фрегата типа «Моудж» – новейшие иранские корабли собственной постройки, сданные ВМС в 2010-2021 годах, девять патрульных катеров с противокорабельными ракетами, три торпедных катера новейшей постройки и ряд кораблей вспомогательного назначения.

Подводные силы включали в себя три подлодки российского производства проекта 877 в небоеспособном состоянии, маленькую прибрежную подлодку «Фатех», построенную в 2019 году, и серию из мини-подлодок «Гадир», имеющих ограниченное военное значение. Авиацию ВМС можно было считать не имеющей значения.

Самым крупным кораблем ВМС была плавбаза «Макран» – большой (229,6 метра длины) корабль со взлетно-посадочной палубой на шесть вертолетов, способный поддерживать службу боевых кораблей в удаленных регионах мира длительное время.

Параллельно Корпус стражей исламской революции (КСИР) имел свой флот: десятки скоростных малых катеров, часть с управляемыми ракетами, еще большее число скоростных моторок (с которых при известной удаче можно было поставить мину), три крупных переделанных из торговых судов корабля-носителя вертолетов и беспилотников и пять странных по конструкции ракетных корветов – четыре типа «Шахид Сулеймани» и один «Шахид Назери».

В качестве экзотического дополнения флот КСИР имел немалое количество одноместных экранопланов, как предполагали западные наблюдатели – для управления смертниками в самоубийственных атаках. Так это или нет, никакого смысла эти изделия не имели. ВМС КСИР также оперировали береговыми противокорабельными ракетными комплексами.

Все эти силы стоили недешево, но при этом не образовывали никакую систему. Невозможно было бы представить никакую оперативную или тактическую схему, в которой могло бы понадобиться именно такое сочетание кораблей и катеров.

Более того, характер угроз, с которыми сталкивался Иран, в принципе не позволял применять такие силы с позитивным результатом. Опыт ирано-иракской войны и столкновения с американцами в 1988 году как раз и говорил, что именно такие силы будут в лучшем случае бесполезны, а в худшем – быстро уничтожены.

Но Иран и не отрабатывал морские бои всерьез. Его корабли выполняли церемониальные задачи – «эсминец» «Дена» сходил с плавбазой «Макран» в кругосветку. Периодически корабли красовались по телевидению и использовались на международных учениях как символ того, что Иран – морская держава. ВМС КСИР использовали свои единички похожим образом, а еще для поддержки хуситов ударами дронов и доставкой оружия в Йемен.

Избиение беззащитных

С самого начала нападения на Иран американцы были намерены исключить даже самую малую опасность для себя со стороны иранских кораблей и подлодок. В течение первых двух суток войны американцы ударили крылатыми ракетами «Томагавк» и авиацией по стоявшим в базах кораблям ВМС Ирана и подлодкам. Достоверно установлено поражение плавбазы «Макран», обоих «Баяндоров», пытавшейся выйти в море ПЛ «Фатех», двух эсминцев типа «Моудж» – «Джамаран» и «Сабалан». Всего к исходу 3 марта ВМС США заявили о поражении 13 кораблей и подлодок.

На следующий день стало известно, что атомная подлодка ВМС США «Шарлотт» выследила и потопила торпедой еще один корабль типа «Моудж» в Индийском океане близ Шри-Ланки – «Дена», тот самый, который ходил в кругосветное плавание. Из 136 моряков спаслось только 32. Корабль шел с военно-морской выставки в Индии и не имел оружия на борту. Другие корабли в составе иранского отряда – танкер «Бушер» и десантный корабль «Лаван» – интернировались в нейтральных портах, чтобы избежать уничтожения.

КСИР пробовал выводить в море часть своих кораблей, но их ждала похожая судьба. Ракетный корвет «Шахид Ширази» был поражен ракетным ударом с воздуха, дрононосец «Шахид Багери» последовал за ним. 9 марта США поразили ударом с воздуха второй корвет типа «Шахид Сулеймани» ВМС КСИР. Всего на сегодня ВМС США заявляют об уничтожении или тяжелом повреждении 46 иранских боевых кораблей, катеров и подлодок.

Параллельно ВМС США применяли свои корабли для того, для чего их строили – эсминцы выполняли задачи ПРО, сбивая иранские баллистические ракеты, и наносили удары крылатыми ракетами, палубная авиация атаковала иранскую территорию.

С иранской стороны время от времени применяются береговые ракетные комплексы. Также Иран пробует использовать необитаемые подводные аппараты – подводные дроны, но результат пока неизвестен. Однако в целом с ВМС Ирана все кончено. Если американцы каким-то чудом сначала загонят свои корабли в Персидский залив или даже Ормузский пролив, а потом дадут иранцам собрать береговые силы для атаки, то у Ирана еще будут шансы нанести им какой-то ущерб. Но вряд ли США сделают такую глупость.

Конечно, Ирану в силу его географии и экономики было бы трудно создать военно-морские силы, способные эффективно противодействовать ВМС США. Эта задача потребовала бы нетривиальных подходов и глубокого понимания реалий войны на море.

Но Иран, судя по всему, даже не ставил перед собой такую цель. Его флот до самого конца оставался ритуальным державным атрибутом, а не средством ведения войны. Он был годен для парадов, демонстрации флага, дальних походов и патриотических телепередач – но воевать не мог. Иран не готовился к морской войне всерьез – то есть строил небоеспособные корабли и оружие, не испытывал их в реальной обстановке. Финал оказался закономерным.

Александр Тимохин