В этом году православная и католическо-протестантская Пасхи отмечаются с разницей в неделю, и в Америке ее отпраздновал в том числе и Дональд Трамп. Утром дня Воскресения Христова он опубликовал пост в соцсетях с нецензурной бранью и обещанием, что иранское руководство, названное им «сумасшедшими ублюдками», будет гореть в аду, если не откроет Ормузский пролив.

Реплика Трампа заканчивалась восклицанием «хвала Аллаху», а на следующий день он пригрозил уничтожить иранскую цивилизацию.

То есть в пасхальные дни, в самый главный праздник для любого христианина, Трамп вел себя как чистый бес — грозил адом целому народу, насмехался над его верой и матерился. Это вызвало шок даже у многих его сторонников из числа верующих христиан.

То, что нападение Америки и Израиля имело под собой отчетливо религиозный характер, не скрывалось многими руководившими агрессией персонажами, включая и израильских, и американских министров.

Но эта «религия» не имеет никакого отношения ни к христианству, ни даже к чрезвычайно нетерпимому к иноверцам иудаизму — мы имеем дело с абсолютным сатанизмом.

Да, современный светский (даже считающий себя принадлежащим к «христианской культуре») человек очень скептически относится к подобным терминам: ну какие сатанисты, вы так скоро ведьм жечь начнете. Однако главным признаком сатанизма является вовсе не декларирование верховенства зла или культ рогатого существа. Его суть — в поклонении силе и деньгам, гордыне и мамоне, пороку и «человеческому совершенству».

Поэтому не имеет значения, практиковались ли на «острове Эпштейна» сатанинские ритуалы (мое мнение — скорее всего, нет). Гораздо важнее то, что мы видим в практической деятельности условного «круга Эпштейна» (к которому Трамп, несомненно, принадлежал до конца нулевых годов).

По плодам их узнаете их, и то, что творили в Иране американские «евангелики» (они же христианские сионисты), и то, что при их прямой поддержке творит Нетаньяху в Газе и Ливане, не допускает никакого двойного толкования: перед нами попытки уничтожить мешающие на пути (в том числе на пути к мировому господству) народы и страны.

В случае с Газой это было более успешным (убили или ранили каждого десятого жителя, уничтожили до трех четвертей всей инфраструктуры), в случае с Ираном угрозы «взорвать всё» и «уничтожить цивилизацию» пока что остались невоплощенными. Но посыл и цель одинаковы.

Сатанисты не признают ценности не только человеческой жизни (тем более принадлежащих к другому народу или расе), для них не имеет значения и любая цивилизация (кроме собственной — хотя тут уже вопрос, что ею является).

Считать их христианами невозможно. И дело тут не в том, что мы православные, а они для нас (как и мы для них) еретики: эти люди вообще не имеют никакого отношения к евангельскому вероучению.

Да, они используют христианскую фразеологию, но это лишь внешняя форма, прикрывающая их подлинную суть. Которую почти все они, кстати, и не понимают, искренне считая себя настоящими христианами. В том числе и продолжателями «великих» крестовых походов. Неслучайно тезис о праведности войны с мусульманами так часто звучал в нынешнем иранском походе.

Что это значит для России? Нам нужно отгородится каменной стеной от мира Запада? Но это невозможно, тем более что сейчас мы фактически находимся в состоянии непрямой войны с ним.

Но разве эта война не делает нас такими же, как и Запад, — мы ведь тоже «напали на мешающую нам страну», в этом убеждены довольно многие из тех, кто считает войну на Украине «преступлением Путина». Зачем обличать Запад, если есть собственные грехи? А может, мы и обличаем для того, чтобы заглушить муки собственной совести?

Нет, никаких двойных стандартов тут нет.

Война на Украине — это наша трагедия и боль, тяжелейший период нашей истории, гражданская война внутри одного народа. Да, он формально разделен на два государства. Да, одно из них попало под влияние Запада, который использует это для раскола и развала единой русской цивилизации. Но при всём этом мы осознаем братоубийственный характер происходящего.

Но, кроме того, мы осознаем и то, что имеет для нас огромное значение, — это война против подчинения России (всей большой, включая Украину) Западу. Причем не просто тому Западу, который веками пытался поставить нас в подчиненное положение (а при Гитлере и вовсе уничтожить), но нынешнему Западу, ведомому теми силами, что мы с полным правом называем сатанинскими. Уже не постхристианскими и даже не псевдохристианскими — а все более открыто антихристианскими.

Примирение с ними в принципе невозможно. Во-первых, потому, что, с их точки зрения, оно предусматривает подчинение им, а во-вторых, как можно примирится со злом? Допустить его равноценность добру? Конечно, нет. Но ведь именно это и предлагают нам современные «общечеловеки».

Напомню, что в процессе развала СССР и отказа от коммунистической идеологии часть нашей элиты как раз и настаивала на необходимости присоединения к общечеловеческим ценностям. Дескать, запутались мы тут со своим строительством коммунизма («рая на земле»), пора уже возвращаться на столбовую дорогу мировой цивилизации.

Под мировой цивилизацией, естественно, понималась западная, тогда еще наивно считавшаяся у нас постхристианской, то есть выросшей на фундаменте евангельских ценностей.

Вернулись — и в итоге ужаснулись, убедившись за прошедшие десятилетия, куда ведет столбовая дорога «передового человечества», и точно не хотим больше идти по ней. Но свернуть с нее оказалось ох как непросто, и не только потому, что нужно найти путь к своей.

За время развала единой цивилизации часть нашего народа — в основном по географическому принципу — оказалась в плену манипуляторов, уверявших ее, что никакого другого пути, кроме общего с Западом, просто не существует.

«Украина це Европа» — лишь наиболее простая форма этого. Есть еще и «Путин лишает Россию светлого демократического будущего с уважением к достоинству и свободам человека — европейского, западного пути».

То есть, чтобы уйти с пути, который теперь определяют сатанисты, нам приходится воевать. Причем воевать не только с идеологией в головах части нашего народа (можно считать ее искренним заблуждением или следствием информационной войны — это не так важно), но и на поле боя гражданской войны, превратившейся в опосредованную войну с Западом.

Победа в которой придет тогда, когда мы вернем весь свой народ на свой собственный путь — исторический, православный, русский. И мы верим в неизбежность этого так же, как верим в Воскресение Христово и жизнь будущего века.

Петр Акопов