Фаворит президента Франции Габриэль Атталь пригласил тысячу избирателей на пиво: поговорить о жизни и борьбе за пост главы государства, в которой принимает участие. Разумно. Проголосовать за преемника Эммануэля Макрона могут только с пьяных глаз.

При этом Атталь будет заниматься тем, на чем карьеру сделал, — соблазнением. Экс-премьер и председатель пропрезидентской партии — самый успешный жиголо в истории Пятой республики, о чем мы знаем благодаря его архиврагу. Тот тоже претендует на пост президента, так что французов ждет горячая схватка, и речь не о Марин Ле Пен. Она из другой, из высшей лиги.

Согласно опросам, Ле Пен побеждает любого и в первом туре выборов, назначенных на 18 апреля, и в неизбежном втором. А Атталь претендует на четвертое-пятое место, его рейтинг как у патрона — слегка за десять процентов, вот и начал спаивать избирателей.

Его противник — активист, юрист и журналист Хуан Бранко — серьезным претендентом на Елисейский дворец тоже не является. Но у него другая цель, свой путь, пожизненная миссия — уничтожить Атталя. Они как персонажи приключенческого романа: Мишка Кошевой против Гришки Мелехова, Рамси Болтон против Джона Сноу, Гриндевальд против Дамблдора.

В реальной политике такое тоже бывает: Робеспьер и Демулен, Кастро и Менойо, Ленин и Мартов. Сблизившись в юности вплоть до дружбы, они стали антагонистами на всю жизнь, но одного знает каждый, а про другого только посвященные.

Атталь и Бранко одноклассники по престижной парижской школе для детей богатых и родовитых родителей, но любимчик Макрона родовитее. По линии матери в нем кровь нескольких королевских династий Европы, включая правящие, и других сливок аристократии вплоть до губернатора Москвы Дмитрия Голицына. Семья Бранко — испано-португальская интеллигенция, так что для него быть юным социалистом гармоничнее, но юными социалистами были оба.

А потом что-то случилось. По версии Атталя, он стал жертвой насмешек и травли со стороны Бранко. По версии Бранко, Атталь настучал на него школьному руководству за неподобающие высказывания в блоге о других учениках. По ощущениям со стороны, оба лукавят и была замешана женщина. Так или иначе, началась вражда, через годы доросшая до большой политики.

Точнее сказать, это Бранко стал преследовать врага, но не сразу после школы, благо донос на нем никак не отразился. Он оставался популярным парнем, признанным талантом, одним из лучших учеников, снимал собственные фильмы. Потом получил пачку степеней, включая докторскую по праву, работал в Лиге плюща и в африканских миссиях ООН. И всегда предпочитал идти против системы — то ли стал неисправимым радикалом, то ли остался подростком.

Атталь, наоборот, дружил с начальством, гнулся вместе с линией партии и искал место, где софиты поярче, но звезд с неба не хватал. Первую попытку получить юридическое образование провалил. Мечтал стать киноактером, но театральные кружки впрок не пошли. Карьера в Социалистической партии шла ни шатко ни валко. Но потом он перебежал в команду Макрона, выхватил счастливый билет и встал на красную ковровую дорожку: самый молодой помощник министра в истории Пятой республики, самый молодой министр, самый молодой премьер-министр, а теперь — глава партии власти и преемник президента.

С точки зрения Бранко, это возмутительно и несправедливо, ведь он во всем лучше Атталя. После школы он жил интересную жизнь, полную приключений. Как адвокат защищал Джулиана Ассанджа и футбольную лигу Испании. Как политик разжигал революцию "желтых жилетов" и дружил с легендарным вожаком леваков Меланшоном. Как корреспондент писал репортажи из горящих точек. Однажды, спасаясь от властей Сенегала, переплыл пограничную реку на лодке-долбленке, но был схвачен в Мавритании, экстрадирован, обвинен в подготовке госпереворота, однако в итоге его просто выслали во Францию.

Лидер сенегальской оппозиции Усман Сонко, чьим адвокатом работал Бранко, с тех пор успел стать премьер-министром. А сам Бранко так никем и не стал, даже ни одних выборов не выиграл, хотя не раз пытался. Да, он своего рода звезда, "перо", харизматик, талант, но принадлежит к полумаргинальной нише, а из всех системных структур — от ООН до Соцпартии — его выжили как конфликтного и самоуверенного авантюриста. Даже с Меланшоном умудрился поссориться.

В то же самое время Атталь не вылезал из телевизора, став "лицом" макроновской системы. От такого эго Бранко должно было обливаться кровью, ведь оно у него безгранично: это видно по интервью и войне с администрацией популярной интернет-энциклопедии, где он под множеством имен пытался переписать статьи о себе и своих врагах, включая Атталя.

В 2018 году Бранко не выдержал — и одним движением выбил одноклассника из шкафа, рассказав, что причина восхождения Атталя — роман со Стефаном Сежурне, серым кардиналом Макрона. Там все три карьеры шли паровозиком: один занимал кресло другого, когда вышестоящий шел на очередное повышение.

Атталь все инсинуации подтвердил, но скандал не навредил его карьере и не разрушил дружное трио любодеев, хотя замысел был как раз в этом. Бранко шеймил врага не за ориентацию (как левак, не стал бы), а за "кастинг через постель" и принадлежность к группе лиц, которые, по его мнению, превратили Францию в диктатуру. Для него "макронизм равно фашизм".

Собственно, аутинг Атталя стал частью рекламной кампании книги "Сумерки", главного достижения Бранко на сегодняшний день. Сперва она распространялась бесплатно, потом за донаты, став бестселлером. Слоган "они не коррумпированы, они и есть коррупция". Автор развенчивает власть Франции как непотизм клептократов, описывая восхождение Макрона со свитой через заговор олигархов и медиа. Греют друг дружку, а деньги — в кружку.

Бранко может сказать про себя, что противостоял этой похабной диктатуре со дня ее основания, — и это будет правдой. Он боролся с ней в судах, он боролся с ней в рядах "желтых жилетов", он боролся с ней в медиа и даже в Сенегале боролся именно с ней, поэтому ни за что не согласится с тем, что просто мстит за школьную обиду.

"Вот уже семь лет я под постоянным давлением правительства по надуманным поводам, с беспрецедентным уровнем слежки, под огнем макроновской прессы жаловался Бранко в интервью "Литературной газете". Приходится платить немалую цену за последовательную и упорную борьбу ради суверенитета французского народа в борьбе против глобалистских элит".

Однако Атталю, несмотря на его в те годы скромное положение относительно глобалистских элит (всего-то замминистра образования), посвящено аж восемь глав в "Сумерках". А многие удары по режиму Бранко наносит в подозрительной близости от школьного врага. Например, он причастен к сливу порнокомпромата на Бенжамена Гриво, после которого тот ушел из политики. А это не только ближайший сподвижник Марона, но и второй по значимости покровитель Атталя в президентской команде после Сежурне.

В любом случае, при всей изобретательности ведущийся им войны, Бранко выигрывает только битвы. Пускай Макрон самый ненавидимый президент в истории, уходит он после второго срока, что во Франции удается далеко не каждому. Бранко лишь добавил ему нескольких седых волос и чуть-чуть лицо пощупал, причем чужими руками: выступил адвокатом специалиста по боевым искусствам, который влепил президенту пощечину.

Из игры выведен только Гриво. Сежурне уехал еврокомиссарить в Брюссель, а непотопляемый Атталь претендует на всю страну. Когда Бранко в конце прошлого года объявил о выдвижении в президенты, он уже знал, что одноклассник-стукач стал наследником системы. И жаждал крови.

Но то, что дано фаворитам Юпитера, не дано быкам: Бранко не сможет зарегистрироваться на выборах, разница в лигах между ним и Атталем критична. Но и Атталь в финал вряд ли попадет, так как уступает по рейтингу другому экс-премьеру и кандидату — Эдуару Филиппу. По слухам, его убрали с поста из-за того, что он обходил по популярности Макрона. Сейчас это несложно — обходить Макрона по популярности, но именно у Филиппа наилучшие шансы выйти во второй тур против Ле Пен.

Приглашение тысячи человек на разговор — это, кстати, списывание у Филиппа, который объявил акцию с обходом тысячи квартир. Но уже скоро Атталь будет пить свое пиво один, жиголо рано уходят на пенсию. Если бы все это было сюжетом фильма, его обязательно навестил бы Бранко, а сцена смирения двух врагов была бы отыграна в парке перед их школой. Для французской комедии обязательна лиричная нота в конце, чтоб послевкусие было светлым и чуть грустным.

В реальности так не будет, реальность всегда подлее. Людям редко удается унять нарциссизм в столь тяжелой стадии, как у Бранко. Но можно представить, как, смолов оппортуниста Филиппа, макроновская клика всеми правдами и неправдами пропихнет своего мальчика во второй тур и попробует объединить вокруг него всех, кто против Ле Пен. Из-за судебного приговора ветеранша французской политики вынуждена вести свою кампанию, не выходя из дома, а против нее будут задействованы ресурсы как Парижа, так и ЕС. Франция такая страна, что может опять отдаться жиголо, а его врагу достанется лишь моральная правота и подтверждение авторской концепции о диктатуре порочного жулья в сумерках Пятой республики.

Дмитрий Бавырин