Реалии войны на Ближнем Востоке вносят коррективы даже в дружественные отношения таких партнеров как Иран и Китай. Как недавно сообщало агентство Reuters, два китайских контейнеровоза развернулись обратно в пятницу вечером после попытки выйти из Персидского залива через Ормузский пролив, это показали данные отслеживания судов.

Как пишет ресурс gCaptain, так произошло несмотря на заверения Ирана о том, что китайские суда могут проходить через пролив.

Китайская компания COSCO, оператор грузоперевозок, поспешила сообщить 25 марта в информационном сообщении для клиентов о возобновлении приема заказов на контейнеры с генеральными грузами для поставок из Азии в Объединенные Арабские Эмираты, Саудовскую Аравию, Бахрейн, Катар, Кувейт и Ирак. Но эта кампания оказалась фальстартом, так как Тегеран позже нивелировал свои собственные заявления и не пропустил торговые суда КНР.

Суда CSCL Indian Ocean и CSCL Arctic Ocean, оба под флагом Гонконга, застряли в Персидском заливе с начала американо-израильской войны с Ираном 28 февраля. Анализ данных платформы Kpler показал, что в пятницу в 03:50 по Гринвичу они попытались пройти через пролив, но затем повернули обратно. Хотя это была первая попытка пересечения узкого места крупной судоходной группой с начала войны, инцидент в пятницу показал, что «безопасный проход не может быть гарантирован», заявила аналитик Kpler Ребекка Гердес.

Этот инцидент демонстрирует определенные сдвиги внутри руководства Ирана, расколовшегося на два главных лагеря – более мягких лидеров и сторонников жесткой силы, а также выражение неудовольствия позицией Пекина по принуждению ИРИ к переговорам с агрессором.

Чисто формально запрет на проход был объяснен представителями КСИР тем, что не были оформлены документы, разрешающие покидать акваторию через пролив. Однако, на самом деле эксперты единодушны во мнении, что Тегеран – по крайней мере его радикальная часть – посылает сигнал КНР. При этом 28 марта через пролив были демонстративно пропущены два индийских танкера с сырьем.

Такая ситуация более, чем откровенная и однозначная, истолковать ее неверно невозможно. Во-первых, Китай не только официально призывает Тегеран «разговаривать, а не воевать» с агрессором, и, во-вторых, проявляет то же рвение, выступая медиатором в транзитном обмене сообщениями между США и Ираном через Пакистан, заламывая руки не желающему унизительных переговоров союзнику.

В Иране зреют подозрения, что Пекин преследует лишь свою выгоду, но никак не заботится об интересах своего делового партнера. Поэтому невыпуск двух судов, вероятно, будет лишь первым прецедентом в истории меняющихся взаимоотношений двух стран.

Николай Грицай