Самый знаменитый после покойного Папы Римского Иоанна-Павла II поляк Збигнев Бжезинский после распада СССР предрекал скорый распад России. Но что-то пошло не так. Пьяница Ельцин сдал пост трезвому Владимиру Путину, который стал возрождать страну.

Понятное дело, что Западу никогда не нужна была сильная и самостоятельная Россия. Победить её в войне не удавалось. Значит, нужно пытаться раздавить Россию экономически. Но как? Повод же нужен. Повод нашёлся. Против России были введены экономические санкции, из-за которых были разорваны привычные деловые и торговые связи.

Все завоеватели, которые нападали на Россию, всегда рассчитывали на блицкриг. Вполне естественное желание. Короткая война всегда лучше долгой. Но блицкриг никогда не получался. С чего Запад решил, что у него получится экономический блицкриг, совершенно неясно. Тем более, что были примеры. Куба 50 лет находилась в экономической блокаде, что не привело к свержению Кастро. Северная Корея уже сколько времени находится под санкциями, а режим Кимов даже и не думает шататься.

Но почему-то в отношении России решили, что санкции сработают быстро, и либо Кремль признает всё, в чём Россию обвиняет Запад, и даже вернёт Крым, либо народ поднимет восстание. Ничего из этого не получилось. Даже наоборот. Оппозиционные деятели окончательно дискредитировали себя в глазах народа, а президент РФ Владимир Путин набрал небывалую популярность.

С экономикой России тоже ничего страшного не произошло. Трудности, которые мы испытываем, связаны не с санкциями, а с обвалом цен на нефть, от продажи которой мы всё ещё довольно сильно зависим. Об этом в послании Федеральному Собранию говорил и Владимир Путин, призывая продолжать наращивание несырьевого сектора экономики. Запад, конечно, считает эти проблемы успехом санкционной политики.

Обама, кое-что понял, но только то, что он погорячился с утверждением, что наша экономика разорвана в клочья. Сейчас он так уже не говорит, но продолжает давить на «партнёров» в ЕС, чтобы они не только продлили, но и ужесточили санкции против России. К украинским претензиям добавились ещё и сирийские. Мол, не тех бомбим, и вообще больше защищаем Асада, чем боремся с террористами.

Между тем в Европе растёт недовольство проамериканской политикой своих лидеров. Первый и очень тревожный звоночек прозвенел во Франции в воскресенье, где на региональных выборах уверенно лидировал «Национальный фронт» Марин Ле Пен, которая не скрывает своих симпатий к России и лично к Владимиру Путину. Даже поляки, славящиеся своей русофобией, крепко призадумались и стали рассуждать в польской прессе не так, как прописано в госдеповских методичках.

Соплеменники жабоподобного Збигнева Бжезинского из варшавского «Политического обозревателя» пишут о европейской и американской политике похлеще иных наших патриотов. Например, в начале сентября, обсуждая миграционный кризис, они сказали, что всё больше людей в Европе желают, чтобы в их странах появились «вежливые люди» в зелёном комуфляже. Польские журналисты уверены, что в теряющей стабильность Европе только Россия остаётся островком надёжности. Вот туда европейцы и рванут от толерантности и мультикультурализма.

Пока Европа разбирается с беженцами, Россия устраняет саму причину, по которой люди бегут. Известно, что с начала антитеррористической операции ВКС России в Сирии в Сирию вернулось около миллиона человек. Люди поверили, что порядок будет восстановлен. Людям нужен мир. Успехи наших военных очень трудно не заметить, хотя некоторые умудряются.

И как же на этом фоне выглядят европейские страны с их антироссийскими санкциями? Очень плохо они выглядят. Сознательно чинить препятствия развитию и устраивать экономические трудности стране, которая вносит наибольший вклад в борьбе с бандами террористов в Сирии, фактически означает пособничество терроризму. Так считает журналист из всё того же «Политического обозревателя». Он даже называет Запад «экономическим террористом».

Но что же делать Западу в сложившейся ситуации? Надувать щёки и обвинять Россию в агрессии на Украине становится всё труднее. Причины, по которым были введены санкции, неустранимы. Как можно теперь принудить жителей Крыма добровольно вернуться в состав Украины? Никак. А может ли Запад признать свою ложь об участии российской армии в войне на Донбассе или о сбитом Боинге?

Признать ошибку – это самое сложное для многих людей. А для западных политиков – это дело невозможное. У католиков есть догмат о непогрешимости Папы Римского в делах веры, который сформулирован в явной форме. Похоже, что у западных политиков тоже есть свой неявно сформулированный догмат о собственной непогрешимости. И, конечно, истиной в последней инстанции считает себя Вашингтон. Каковы основания? Обама их чётко выразил: «Мы самая сильная в мире страна». Кто сильнее, тот и прав. Бандитская мораль.

Но представим себе невероятную ситуацию, что Запад признает заслуги России в борьбе с террористами, закроет глаза на украинский кризис и даже на «аннексию» Крыма и отменит санкции. Польский обозреватель сомневается в том, что это немедленно вернёт отношения между Россией и Западом в досанкционные рамки.

Ведь российское общество за исключением группки прозападных отщепенцев убедилось в том, что Запад враждебен не к правительству России, что не президент РФ Владимир Путин является целью для антироссийских мер, а сама Россия и весь её народ.

В условиях тотального дефицита и деградации правящей верхушки в период Перестройки русские очень легко попались на яркую рекламу западных ценностей и чуть было не сдали всю страну за побрякушки. С тех пор мы очень сильно поумнели, а восторгов по поводу Европы сильно поубавилось.

Но самое главное, что у нас исчез страх. А у нас было два страха: «Что о нас подумают?» и «Лишь бы не было войны». Какая теперь разница, что они о нас подумают? Они уже всё подумали и сказали. И войны мы теперь не боимся. Не потому что очень уж её хотим, хотя у многих руки чешутся, а потому что мы каждый день в прямом эфире видим, на что способна наша армия. Мы больше не боимся.

Евгений Радугин
Источник