И почему разработанные еще в СССР пушки М-46 уверенно чувствуют себя в зоне СВО


Силы группировки войск «Центр» продвигаются на красноармейском направлении — заявления противника о том, что зимой ВС РФ не смогут продолжать наступление из-за погоды, оказались несостоятельны. Корреспонденты «Известий» побывали на позициях артиллеристов группировки войск «Центр» и увидели работу расчетов 130-миллиметровых пушек М-46.

Созданные для нужд еще Советской армии, они нашли свою нишу и в текущих условиях проведения СВО, когда мобильность орудий отошла на второй план, а важнейшим их параметром стала дальнобойность. Но иногда БПЛА противника добираются даже до удаленных от передовой позиций М-46 — артиллеристы рассказали, как один из расчетов за сутки сбил из стрелкового оружия 22 БПЛА и защитил свое орудие.

Дорога от Авдеевки до передовой

Еще пару лет назад, во время боев за Авдеевку, на позиции артиллерии из Донецка можно было доехать за полчаса. Сегодня же дорога по освобожденным территориям занимает часы и лишь удлиняется после новых «перекатов» — когда артиллеристы уходят вперед, вслед за линией боевого соприкосновения. Мы выдвигаемся на позиции 268-го самоходно-артиллерийского полка 27-й гвардейской мотострелковой дивизии группировки войск «Центр».

Дороги засыпаны щебнем, но местами проглядывают участки сохранившегося асфальта. Самые разбитые участки ремонтируют — насыпают тот же щебень и трамбуют его тяжелой техникой. Ранним утром движение по здешним дорогам достаточно плотное. Инженеры сворачивают противодроновые коридоры — переносят их ближе к передовой, где они нужнее. В кузовах багги и пикапов ежатся стрелки и идущие на ротацию пехотинцы.


На следующем этапе пути пересаживаемся на транспорт артиллеристов — полноприводный микроавтобус с платформой для стрелков и прицепом. Снаряды, воду и еду на огневые позиции подвозят теперь преимущественно так. Когда же они еще ближе к передовой или обстановка в воздухе ухудшается, то случается, что каждый снаряд возят по одному — на мотоциклах.

По заледенелым колеям машина сворачивает в лесополосу и там мгновенно разгружается. Всего пара минут, и автомобиль уходит на следующий рейс, почти как после гоночного пит-стопа. Если задержаться, то чересчур заметный транспорт могут обнаружить дроны-разведчики врага, и поймут, что где-то рядом — артиллерийская позиция.

— Контракт подписал, потому что многие друзья пошли на службу, решил с ними тоже. Был заправщиком ГСМ, ездил заправлял топливо, потом кладовщиком, а потом из роты материального обеспечения попросил перевести в артиллерию, — рассказывает в ожидании целей рядовой Сергей Головин, наводчик 130-миллиметровой пушки М-46.


Перед получением этого орудия он успел пару месяцев поработать на 152-миллиметровом «Гиацинте», но после больших настрелов первое его орудие пошло на восстановление.

130-миллиметровые советские пушки М-46 — пример того, как, несмотря на активное развитие техники, в армию возвращаются и те виды вооружений, которые ранее считались устаревшими. Просто они получают новые тактические задачи и занимают свои ниши. Эти дальнобойные пушки теперь работают под корректировку с воздуха от БПЛА-разведчиков и взламывают опорные пункты с их разветвленными системами ходов и укрытий.

Всё потому, что они до сих пор остаются одними из самых дальнобойных средств поражения в своем классе. Это одна из причин, по которой М-46 востребованы сегодня. Мобильность орудий отошла на второй план, а дальность ведения огня стала важнейшим параметром в силу того, что постоянно растет радиус поиска и поражения орудий со стороны БПЛА противника.

Как артиллеристы работают по выявленным целям

Пока мы обсуждаем нюансы применения М-46, рядом несколько человек наблюдают за угрозой с воздуха. Когда становится понятно, что над нами пролетают свои дальние ударные БПЛА, знаменитые «Герани», начинается неспешная дискуссия о разных ружьях для борьбы с беспилотниками.

— Работаем чаще всего по пехоте, по засечкам с воздуха, активно бьем по живой силе, реже — по технике. Работы очень много и днем, и ночью, без разницы, работаем в любое время 24 на 7, — продолжает свой рассказ Сергей Головин.

Неподалеку из разных посадок слышны выстрелы тяжелых орудий. Несколько хлопков с одной позиции — и пауза: целеуказания идут на другое орудие для того, чтобы усложнить поиск нашей артиллерии с воздуха. Вскоре цель приходит и к нам. Пока Сергей наводит М-46, неожиданно слышим вертолеты. Пара Ка-52 показывается на несколько секунд между лесополосами, проходя вдоль оврага.


Когда звук винтов затихает, наше орудие стреляет, получает корректировки и готово к второму выстрелу. Но снова слышны пролетающие вертолеты, и командир кричит: «Ждать, не стрелять!». Пользуясь плохой погодой, активизируется не только артиллерия, но и авиация.

Один из артиллеристов удивляется, что вертолеты уходят так близко к линии боевого соприкосновения. Другой между шутками о том, что надо не сбить своих, с уважением комментирует, что машины пошли ниже пушечных стволов.

Сейчас многие уже не помнят, но в 2022 году во время массированных артиллерийских подготовок, когда работали одновременно целыми батареями на разных рубежах и гаубицы, и минометы, огонь организованно прекращали на время пролета своей штурмовой авиации. Но с тех пор тактика очень сильно изменилась во всех родах войск. Еще несколько выстрелов, расчет дорабатывает цель и маскирует пушку.

— Отработали по опорному пункту противника, задача успешно выполнена, — говорит старший сержант Александр Ермаков.


На гражданке он был строителем, в армии прошедший путь от механика-водителя самоходки до командира орудия. Еще через несколько минут приходит сообщение о том, что можно встречать транспорт, который заберет нас в обратную дорогу.

— Как-то раз за сутки сбили 22 дрона врага из автоматов и ружей, защищая орудие, отбились от нескольких налетов, — рассказывает Александр, прощаясь перед спешной погрузкой на машину. — Это бывает не каждый день, конечно.


Уже на эту позицию прилетала четырехлопастная «Баба-яга», которую называют внучкой, добавил Александр. Орудие не обнаружила и сбросила несколько бомб по стрелянным гильзам — расчет только-только закончил вести огонь, и тепловизор БПЛА заметил горячие еще гильзы даже под противодроновым плащом.

Репортаж и фотографии: Дмитрий Астрахань