Некрополя у Кремлевской стены быть не должно, заявил на минувшей неделе в интервью ТАСС бывший премьер-министр Сергей Степашин. Он напомнил, что Красная площадь — это место для гуляний, концертов, ярмарок. «А рядом могилы, погосты, кладбища. Вот это не по-людски», — сказал политик.

В то же время, он читает, что Мавзолей сносить не надо, поскольку тот является частью исторической памяти. «Само здание не надо сносить, оно красивое. Я считаю, что сейчас Мавзолей — это музей, как Кунсткамера в Петербурге», — отметил он. Степашин полагает, что вопрос о захоронении нужно было решать в 1991 году, а в наши дни этого уже делать не стоит.

Как известно, на Красной площади похоронен не только Ленин, но многие другие русские и зарубежные революционеры, партийные деятели, военачальники и самые знаменитые граждане времен СССР – всего около 400 человек. Однако мало кто знает, что кладбище у стен Кремля возникло вовсе не при большевиках, древнему погосту на этом месте не одна сотня лет.

Когда-то Красная площадь была не только большим рынком, но и обычным приходским погостом, где хоронили жителей, причем всех без разбору. По православным традициям человек находил свое последнее пристанище рядом с приходской церковью, а их до начала XVI века в этом месте было целых 15. Однако к началу XX века похороны у стен Кремля уже практически не проводились.

Но драматические события 1917 года привели к возобновлению старой традиции. Штурм Кремля привел к многочисленным жертвам и на Красной площади впервые в ее истории прошли коллективные похороны. 8 ноября 1917 года между Кремлевской стеной и трамвайными путями были вырыты две братские могилы, растянувшиеся от Никольских до Спасских ворот. Через два дня в них было опущено 238 гробов павших при штурме Кремля «борцов революции». Хоронили в спешке, а потому из погребенных известны только 57 имен, остальные так и остались безымянными.

А когда в марте 1918 года в Москву переехало большевистское правительство, которое выбрало Кремль своей резиденцией, то эту возобновленную традицию решили продолжить. До 1927 года тут было вырыто еще 15 могил, в которых хоронили не только умерших в ходе Гражданской войны, но и погибших в результате катастроф.


Большинство других деятелей кремировали, а их прах замуровывали в Кремлевскую стену, которую в народе окрестили «Стеной коммунаров». Первым в ней оказался ныне забытый большевик Мирон Владимиров. Ниши колумбария закрывали мемориальными табличками, на которых вначале писали краткую эпитафию, а потом стали фиксировать только даты и фамилию похороненного. Всего таких ниш в «Стене Коммунаров» 114. В последней раз в 1984 году в стене захоронили прах министра обороны, маршала Дмитрия Устинова.

Есть в Кремлевской стене и прах некоторых иностранцев, имена которых сегодня уже тоже забыты. Например, венгр Енё Ландлер, немец Фриц Геккерт, американец Чарльз Рутенберг, японец Сэн Катаяма. В свое время они были лидерами коммунистов в своих странах.

Был захоронен в стене и видный советский военачальник Сергей Каменев. Бывший царский офицер, который перешел на сторону большевиков, он участвовал в Гражданской войне и получил звание командарма 1-го ранга. Умер Каменев в 1936 году от сердечного приступа, был кремирован, а урна с его прахом была захоронена в стене. Однако уже на следующий год он был посмертно причислен к "антисоветской группе Тухачевского" и тогда урну с его прахом тайно удалили. Лишь в 60-е годы имя Каменева было реабилитировано и табличка с его фамилией была восстановлена. Но только табличка, а судьба его праха неизвестна.

Но главный объект Кремлевского погоста это, конечно,— Мавзолей Ленина. Первый мавзолей строили ускоренными темпами, уложились в три дня. Для работы с промерзшей землей приходилось использовать взрывчатку. По слухам, землекопы тогда повредили канализационные трубы, и весной мавзолей затопили нечистоты.

«По мощам и елей», — якобы, так патриарх Тихон прокомментировал случившееся.


В годы войны его тщательно маскировали — накрывали огромным полотнищем с нарисованными окнами, крышей и даже печной трубой, чтобы с высоты он походил на обычный дом. Однако тела Ленина там в годы войны не было — оно было эвакуировано в Тюмень вместе с лабораторией, которая поддерживала его в приемлемом состоянии.

После смерти Сталина в 1953 году, «вождя народов» уложили в мавзолей вместе с Лениным. Однако это было временное захоронение. Сразу после кончины Сталина в прессе тут же появилось партийное постановление — в Москве должен быть построен гигантский Пантеон, который, как писали, вместил бы в себя захоронения «всех великих людей Советской страны» — тех, что были похоронены у Кремлевской стены. Центральное место в нем должны были занять два хрустальных саркофага — Ленина и Сталина.

Под проект планировали отвести гигантскую площадь — 500 тысяч квадратных метров. В стране объявили открытый конкурс на архитектурный проект, участвовать в нем могли все желающие. Появились самые неожиданные предложения: возвести пантеон в стиле римских построек, или вроде греческого храма Артемиды (одного из разрушенных Семи чудес света), и поставить огромные глобусы, или соорудить здания в виде яйца, и даже установить гигантские статуи Ленина и Сталина, держащихся за руки, полые внутри. Однако пантеон не состоялся — грянул 1956 год и развенчание культа личности. Отца всех народов тайно вынесли из Мавзолея и также тайно предали земле около Кремлевской стены, прямо за Мавзолеем.


В 1990 году в СМИ активно поднимался вопрос о переносе всех кремлевских захоронений на обычное кладбище. Однако оказалось, что закон запрещает трогать могилы без согласия родственников усопших. А они были не согласны — 12 вдов и потомков похороненных у Кремлевской стены написали заявление, что они против переноса. К тому же с конца 90-х Мавзолей и могилы у Кремлевской стены как составная часть ансамбля Красной площади стали объектом культурного мирового наследия под охраной ЮНЕСКО.

Однако дискуссия о перезахоронении самого Ленина продолжалась. Первое предложение перезахоронить его тело прозвучало в 1989 году. На Съезде народных депутатов СССР депутат Юрий Карякин заявил, что Ленин хотел быть похороненным на кладбище рядом с могилой матери. Но в архивах не отыскали ни одного документа, в котором родственники Ленина упоминали бы о такой его «последней воле». По словам Ольги Ульяновой, утверждения Карякина выдуманы, ни родственники, ни соратники Ленина не ставили вопрос о захоронении вождя.

Тем временем движение за перезахоронение разрасталось. Звучали заявления, что Ленина похоронили не по-христиански (хотя Ленин был убеждённым атеистом), и что использование мавзолеев свойственно иным, не европейским культурам. Однако во Франции в мавзолее хранятся останки Наполеона, в Эстонии — забальзамированное тело генерал-фельдмаршала Михаила Барклай-де-Толли, в мавзолее Нью-Йорка — тело генерала и президента США Улисса Гранта, в соборе Кракова в саркофаге покоится маршал Юзеф Пилсудский.

5 сентября 1991 года с предложением похоронить Ленина выступил Анатолий Собчак. На заседании депутатов он вынес предложение, основанное на несуществующем завещании Ленина с желанием быть похороненным на Волковском кладбище в Ленинграде. Собчака поддержал тогдашний мэр Москвы Гавриил Попов. Потом разговоры на эту тему на время утихли.


Кстати, дискуссии об уместности кладбища в центре города ведутся не только в Москве, но и в Петербурге. Там на Марсовом поле, где ранее проводились парады гвардейских полков, сразу после февральских событий 1917 года, похоронили «героев революции». Их сначала хотели похоронить на Дворцовой площади, но потом спешно закопали в общей яме на Марсовом поле. Причем трупы были безымянные.

Вот как описал это событие лауреат Нобелевской премии по литературе Иван Бунин: «Я видел Марсово поле, на котором только что совершили, как некое жертвоприношение революции, комедию похорон будто бы павших за свободу героев. Что нужды, что это было, собственно, издевательство над мертвыми, что они были лишены честного христианского погребения, заколочены в гроба почему-то красные и противоестественно закопаны в самом центре города живых!»

Позднее к безымянным покойникам стали «подхоранивать» уже не безвестных, а в самом деле отличившихся деятелей. Так, например, на Марсовом поле погребен первый начальник свирепой питерской ЧК Моисей Урицкий. Он стал основоположником массового метода уничтожения людей — дал указание затопить в Финском заливе несколько барж с арестованными флотскими офицерами. Застрелил главного чекиста молодой поэт, член партии эсеров Леонид Каннегисер.


А потом латышские стрелки отличились в жестоком подавлении народных восстаний против большевиков в Ярославле, Муроме, Рыбинске, Саратове и в других городах, где свирепо расправлялись с населением, восстававшим против жестокостей большевиков. Как известно, первым начальником ГУЛАГа стал бывший «латышский стрелок» Ф. Эйхманс.

В Петербурге тоже не раз поднимался вопрос об этом захоронении в центре Северной столицы. С предложением перенести из центра эти могилы выступал, например, депутат Госдумы Виталий Милонов. Однако ничего сделано так и не было. И вопрос повис в воздухе…

Андрей Соколов