Многовекторная внешняя политика Александра Григорьевича Лукашенко уже давно не новость, и к ней все привыкли. Да, возмущались, удивлялись. Но тем не менее, несмотря на всю очевидную глупость курса, Лукашенко культивировал его очень давно, как любимый сорт картофеля.

Недоумение эта политика вызывала не только в России, но и в самой Белоруссии, где процент пророссийски настроенного населения огромен. Люди не дураки — прекрасно понимали, к чему это все может привести. Под боком у белорусов есть один прекрасный пример — Украина, где тоже был «многовекторный» президент Виктор Федорович Янукович. И история того, что с ним случилось, не нуждается в пересказе.

Белоруссия, несмотря на всю турбулентность экономических и общественных процессов последних десятилетий, смогла построить более менее удачную социальную модель экономики. В какой-то мере это один из вариантов конвергенции систем, о которой экономисты начали говорить еще в 70-х годах, — когда впервые появились идеи симбиоза социализма и капитализма, экономик плановой и рыночной.

В Белоруссии есть мощный производственный государственный сектор, но достаточно неплохо развивается и новая экономика, построенная на рыночных принципах. При активной государственной поддержке Белоруссии удалось сохранить промышленность.

Конечно, при той адской конкуренции, что существует сейчас в мире, есть определенные издержки. Зарплаты на белорусских предприятиях не особо высокие, но тем не менее сохраняются рабочие места, выпускаются товары, а люди сохраняют инженерные и рабочие компетенции, что в наше время дорогого стоит.

Еще один фактор существования белорусской промышленности — открытый российский рынок. Россия является главным потребителем белорусских товаров, по большому счету, в какой-то мере занимаясь благотворительностью. В этом нет ничего плохого: поддержка близкородственного народа — дело благородное, да и сами белорусы в своем большинстве это отлично понимают.

Но, похоже, что этого не понимает Александр Григорьевич. Или же понимает, но пытается любыми способами выиграть еще больше преференций для своей страны. Конечно, нормальный руководитель страны и должен бороться за свое государство, но тут разговор о пределах этих преференций и о методах, которыми Лукашенко их добивается.

В принципе, конечно же, Белоруссия могла бы получать от России еще больше. Всего при одном условии — более глубокой интеграции государств. Никто не говорит о полном объединении, но если речь идет о союзниках, то союзник России нужен безупречный, на которого можно положиться абсолютно во всех вопросах, а вот Лукашенко на это не готов. В первую очередь из-за того, что обязательно при этом потеряет часть властных полномочий.

Что касается методов — последняя эскапада Александра Григорьевича уже сродни предательству. По крайней мере, все красные линии уже пересечены. Я не буду говорить о самой провокации, заложниками которой оказались 33 россиянина и российско-белорусские отношения, — это еще можно было бы как-то разрулить. Но вот сотрудничество с нацистской Украиной, передача ей данных задержанных россиян с намеком на то, что могут и выдать, — это уже нечто запредельное. И никакого оправдания этому поступку быть не может.

Александр Григорьевич играет в такую игру, в которой выиграть невозможно. Возможен только проигрыш — в нескольких вариантах. Либо проигрыш мягкий, либо очень жесткий — с тяжелыми последствиями для себя любимого. Но самым главным проигравшим в любом случае окажется Белоруссия. И ее народ. Повышая в этой игре ставки до беспредельного уровня, Лукашенко полностью лишает себя пространства для маневра. Если раньше у него была возможность договориться о чем-то на Востоке, то на Западе у него вообще нет никаких шансов. Там он «последний диктатор Европы», и весь «цивилизованный мир» видит его если и не в гробу, то уж точно за решеткой.

На что надеется Лукашенко — непонятно. Возможно, честно выиграть выборы, с небольшим перевесом, он еще в состоянии. Но что потом? Либо разворот на Запад, который приведет Белоруссию прямо к модели Украины, либо превращение в Северную Корею, на что простой белорусский народ вряд ли согласится пойти. Как-то все очень неумно и совершенно нерационально. И есть обоснованные сомнения, что все это какой-то хитрый и продуманный план.

Скорее всего, это попросту истерика. Александр Григорьевич понимает, что довел страну до точки, в которой перемены неизбежны, но перемен этих не хочет, так как опасается потерять либо часть власти, либо всю. Но сейчас разворот к более тесному союзу с Россией — единственный шанс для Белоруссии на дальнейшее развитие. В противном случае — украинский вариант, с потерей суверенитета, развалом экономики, анархией и неонацизмом. Всё очень просто, но, похоже, что Александр Григорьевич этого не понимает.

Голос Мордора