Саудовская Аравия установила весьма своеобразный рекорд. В королевстве за 2025 год были казнены более 350 человек, что на два десятка больше, чем в 2024 году. Столь явная негативная динамика не слишком вяжется с образом прогрессивного королевства, который пытаются построить шейхи новой волны.


Однако официальный Эр-Рияд, судя по всему, не видит в этом большой проблемы.

Раньше такого не было

Высшая мера применяется в Саудовской Аравии давно и является частью национального уголовного кодекса едва ли не с первых дней существования королевства.

Тем не менее системное документирование случаев осуждения на высшую меру началось только во второй половине 1990-х годов в рамках проведенной при короле Фахде Абдул-Азизе судебной реформы.

Список преступлений, за которые могут приговорить к казни, достаточно обширен и включает как характерные для многих других стран «тяжелые статьи» (убийство, наркоторговля, ограбление с отягощающими обстоятельствами, преступления сексуального характера), так и весьма специфические (например, нетрадиционная ориентация и лжепророчество).


В нулевые число казненных не било рекорды. Даже после 2005 года, когда пришедший к власти король Абдалла Абдул-Азиз серьезно закрутил гайки в борьбе за нравственность и оздоровление саудовской нации, смертная казнь оставалась крайней мерой.

Более того, и в лихую годину «арабской весны», когда Дом Саудов, напуганный падением старых режимов в разных частях Ближнего Востока, выписал высшую меру почти всем, кто пытался поднять толпу против правящей династии, число приговоренных не превышало сотни человек.

Куда более заметный виток случился уже в 2016 году, уже с воцарением нынешнего короля Салмана Абдул-Азиза, когда под саблю палача попали более 150 человек — в том числе авторитетный шиитский проповедник Нимра аль-Нимра, обвиненный в заговоре против короны.

Гибель последнего серьезно разозлила Иран: в Тегеране восприняли казнь аль-Нимра как выпад против всего шиитского сообщества и разорвали связи с королевством почти на десять лет.

Война наркотикам

В 2025 году основной статьей, по которой саудиты выписывали высшую меру, стала наркоторговля. Под меч по ней пошли более 200 человек — преимущественно иностранные граждане. Причем как минимум 96 из них поплатились жизнью за распространение легких наркотиков.

Именно война наркотикам, объявленная с подачи кронпринца Мухаммеда бен Салмана три года назад, является основным источником приговоров без права обжалования. Началось это с осени 2022 года, и с тех пор доля осужденных на смерть по «наркотическим» статьям не опускалась ниже 60%.

Кроме того, наркопреступники — единственная категория подсудимых, в отношении которой действует негласный запрет на экстрадицию в родные страны.

Эр-Рияд действует жестко и не делает поблажек по происхождению.

Например, в 2025 году к смерти были приговорены несколько граждан Пакистана, с которым у саудитов сложились крепкие стратегические отношения. Аналогичная участь постигла выходцев из Египта, ОАЭ и стран ЕС.

Звёзды на эшафоте

Дополнительное внимание к работе саудовских палачей традиционно привлекает статус преступника. Если казни рядовых наркоторговцев, прелюбодеев и прочих асоциальных элементов проходят «фоном» и без аншлага, то на лишение жизни знаменитостей приходит посмотреть немало зевак.

Самым «богатым» на звездные казни оказался 2016 год. Помимо уже упомянутого «бунтующего проповедника» аль-Нимра, с головой расстался один из ключевых идеологов Аль-Каиды* Фарис аз-Захрани, до этого больше десяти лет проведший в саудовской тюрьме.

Кроме того, в том же году был казнен член младшей ветви Дома Саудов, принц Турки ибн Сауд аль-Кабир, обвиненный в убийстве с особой жестокостью.

Несмотря на то, что жертва расправы при жизни не вращалась в серьезных кругах, снисхождения принц-убийца не получил. Более того, процесс в отношении аль-Кабира стал показательным и был призван подчеркнуть, что перед законом равны все, вне зависимости от статуса.

В 2025 году на эшафоте тоже мелькали известные персоны.

Например, среди казненных оказался журналист Турки аль-Джассер — известный в Саудовской Аравии критик Дома Саудов и сподвижник убитого в 2018 году диссидента Джамаля Хашогги.

Считается, что аль-Джассер, арестованный еще в 2018 году, был автором и модератором Twitter-канала «Кашкол», входившего в число крупнейших арабоязычных диссидентских аккаунтов. На его страницах журналист регулярно критиковал политический курс Эр-Рияда, «фиктивные реформы» наследного принца Мухаммеда бен Салмана, призывал провести амнистию политзаключенных и расширить права женщин.

В конечном итоге въедливый журналист был арестован по статье о дискредитации власти и спустя семь лет заключения расстался с головой.

Немало шумихи наделали и казни шиитов Абдуллы аль-Дерази и Джалала аль-Лаббада, обвиненных в участии в антиправительственных митингах в 2011–2012 годах. Оба юноши на момент совершения преступлений были несовершеннолетними и ждали приговоров более десяти лет.

За время, проведенное в застенках, на молодых людей собрали обвинительное заключение, которого не «удостаивались» даже некоторые матерые террористы: от обвинений в подрыве государственных устоев до террористической и шпионской деятельности.

И хотя «иранский след» в деле не упоминался, многие внешние наблюдатели сочли казни аль-Дерази и аль-Лаббада «отзвуками» дела аль-Нимра.

Иран на гибель единоверцев отреагировал холодно, но не стал, как в 2016 году, разрывать с Эр-Риядом связи. По всей видимости, сочтя масштабы инцидента недостаточными.

Внутреннее дело

Рост числа казней вызывает беспокойство не только у правозащитников, но и у функционеров ООН. Поскольку никак не вяжется с заявлениями об «оттепели» и либерализации саудовской внутренней политики, звучащими от лица бен Салмана и его приближенных.

Не проходит и месяца, чтобы методы Эр-Рияда не назвали «варварскими» или неподобающими. Тем более что по числу казненных Саудовская Аравия регулярно возглавляет мировые антирейтинги гуманности.

Тем не менее королевство относится к этим выпадам спокойно. Саудовские царедворцы, как правило, не пускаются в обширные объяснения и называют смертные казни «нормальным инструментом» обеспечения национальной безопасности.

А заодно невзначай отмечают, что именно решимость и непоколебимость Дома Саудов обеспечивает стране стабильность и процветание в условиях постоянных встрясок на Ближнем Востоке.

Выпускать из рук «меч правосудия» Эр-Рияд в ближайшем будущем ожидаемо не намерен. И, более того, уверен, что жестокость по отношению к преступникам не только не помешает построить монархию нового поколения, но и сделает ее позиции непоколебимыми.

* Террористическая организация, запрещена в РФ

Леонид Цуканов