В Центрально-Африканской Республике подводят итоги прошедшей сразу после Нового года череды столкновений с местными племенами и иностранными наемниками, попытавшимися захватить столицу одной из провинций. Ключевую роль в отражении этой атаки сыграли российские военные специалисты. Как такое произошло?

В конце декабря 2025 года президент Центрально-Африканской Республики (ЦАР) Фостен-Арканж Таудера выиграл с подавляющим преимуществом очередные выборы – и тут же столкнулся с попыткой вооруженного мятежа. В ночь после выборов 29 декабря первая группа из 60 вооруженных людей, преимущественно иностранных наемников и представителей племени азанде, пересекла границу ЦАР с территории Южного Судана и двинулась в сторону населенного пункта Бамбути, столицы префектуры (провинции) Верхнее Мбому.

Это отдаленная территория, одна из самых запущенных с точки зрения инфраструктуры даже по меркам Центральной Африки – крайняя юго-восточная точка ЦАР. От столицы ЦАР Банги она отстает почти на 1,5 тыс. км, там практически нет дорог, связи, да и в целом примет цивилизации. Верхнее Мбому вообще считается едва ли не одним из самых труднодоступных регионов мира, в котором долгое время не существовало никакой организованной государственной власти.

Живущее там на стыке формальных границ ЦАР и Южного Судана (на практике в саванне и джунглях нет никакой границы) племя азанде, близкородственное пигмеям Конго, вообще никакой власти долгое время не признавало и до середины ХХ века существовало в каменном веке. Англичане принесли на эту землю миссионерство и автоматическое оружие, но часть азанде после знакомства с ними переселилась в джунгли Конго к пигмеям, а оставшиеся выращивают кукурузу и оказались восприимчивы к колдовству и разнообразным псевдохристианским сектам.

В частности, долгое время азанде активно поддерживали так называемую Господню армию сопротивления – деструктивную секту, практикующую вербовку детей и человеческие жертвоприношения, которая с 1986 года терроризирует некоторые районы Южного Судана, Уганды и северо-востока ДР Конго. Против «Господней армии» все соседние государства годами ведут войну, но после очередного разгрома секта каждый раз возрождается, отсиживаясь в непроходимых районах Южного Судана на границе с ЦАР.

Кстати, еще в XIX веке первым европейским ученым, кому удалось установить контакт с азанде, был русский Василий Васильевич Юнкер, который пешком прошел по заданию Русского географического общества по этой земле вплоть до притоков реки Конго. Именно ему первым удалось близко познакомиться с «людоедами ньям-ньям», как тогда называли народ азанде. И он же первый нарисовал карту этого региона, за что получил золотую медаль Британского королевского географического общества.

Относительное спокойствие и даже зачатки государственной власти в провинцию Верхнее Мбому принесли несколько лет назад российские военные специалисты, в основном из группы «Вагнер».

Формально это все-таки территория ЦАР, и для восстановления государства требовалось установить контроль над всей территорией страны. «Вагнеровцы» путем переговоров с вождями азанде добились от них относительного мира и даже организовали местную милицию под названием «Азанде Ани Кпи Гбе» (ААКГ, в почти дословном переводе «много азанде должны умереть»).

При этом большая часть азанде проживает все-таки в соседнем Южном Судане и в это ополчение не вошла. После ухода «Вагнера» ополчение азанде попало под иностранное влияние. На стороне центрального правительства в Банги остались примерно 200 человек, которые получили неформальное название «Занде Вагнер». Остальная группировка из местной самообороны деградировала в бандитскую структуру, которая принялась терроризировать местное население по религиозному и этническому признакам. Особенно доставалось местным мусульманам, несколько тысяч которых убежало в ДР Конго и были там помещены в лагеря беженцев. Христиане же сбивались под охрану католической церкви в городке Земио.

Некоторые французские источники утверждают, что нападение наемников из Южного Судана, вовлекших в свою деятельность впечатлительных азанде, никак не связно с президентскими выборами в ЦАР. Тому есть свои аргументы. Азанде не живут в городах, им безразлично, какая власть в ЦАР или в Южном Судане с ДР Конго, но они склонны демонстрировать силу и с этой целью атакуют именно государственные символы вроде провинциальной столицы. Однако факты свидетельствуют о другом.

Первый отряд азанде столкнулся с небольшой (всего 20 человек) заставой правительственных войск (FACA), которая оказать сопротивление не смогла и после короткого боя отступила в город Бамбути, где укрылась на базе миротворческих сил ООН (МИНУСКА). Основной контингент миротворцев в Центральной Африке (не только в ЦАР) составляют непальцы-гуркхи, которые уже несколько раз и в разных странах демонстрировали воинскую стойкость, храбрость и ответственность. Например, именно они единственные, кто оказал летом прошлого года активное сопротивление наступлению тутси на востоке ДР Конго. Отношение в ЦАР к МИНУСКА в целом негативное, поскольку задачи свои не выполняют, но именно непальцы заслужили уважительное к себе отношение.

К азанде подошло подкрепление, и они силами до 170 человек окружили базу непальцев, попутно вырезая местное гражданское население. К Новому году ситуация стала критической. Российским военным специалистам и Африканскому корпусу пришлось принимать ответственность на себя.

«К утру 1 января 2026 года была спланирована и проведена ответная операция. Три сводные штурмовые группы FACA при поддержке российских союзников приступили к выполнению боевой задачи по деблокированию базы МИНУСКА и зачистке Бамбути и окрестностей», – рассказал анонимный собеседник агентства ТАСС.

Операция по освобождению базы и города длилась примерно четыре часа и завершилась полным возвращением Бамбути под контроль властей. В результате боев потери среди боевиков составили около 50 человек убитыми и ранеными, а основные задачи были выполнены с минимальными потерями среди сил безопасности. 2 января операция полностью завершилась. Потерь среди российских специалистов нет.

При всем уважении к народу азанде можно поставить под сомнение самостоятельность их действий.

Среди нападавших было много наемников, говоривших по-арабски. Именно они могли спровоцировать вождей азанде на террористическую акцию после выборов президента Туадера.

В то же время местные власти и авторитеты настаивают на продолжении переговоров с ААКГ, которое, по их мнению, просто «сбилось с пути». В частности, епископ Бангассу, известный итальянский миссионер Аурелио Гаддзера говорит в интервью французскому телевидению: «Вожди и официальные лица должны прислушаться. Этот регион десятилетиями был заброшен – ни дорог, ни инфраструктуры. Тут очень необходимо развитие».

Позиция французов понятна. Они стремятся показать, что ситуация в провинции Верхнее Мбому нестабильна, поскольку центральное правительство в Банги не справляется. Следовательно, не справились и российские специалисты, которые призваны заниматься как раз безопасностью. С этой пропагандистской целью французы и отрицают очевидное внешнее провоцирование конфликта. Мол, Туадера, опирающийся на русских, переизбрался на очередной срок, а погасить конфликт вокруг азанде так и не может.

Но на деле именно российские военные специалисты сперва успешно замирили (без изначального применения силы) неконтролируемое племя, а затем и создали основу для формирования в отдаленной провинции зачатков государственной власти.

И именно они сейчас пришли на помощь и правительственной армии, и миротворцам из Непала, которых в случае взятия боевиками ААКГ города Бамбути гарантированно бы убили и выпотрошили в поисках колдовской сущности. Это там нормально, это обычай такой, поскольку враг азанде по определению находится в лапах мангу.

С одной стороны, вся эта история демонстрирует, что противники восстановления государственности центральноафриканских и сахельских государств способны провоцировать вооруженные конфликты с целью дестабилизации, используя неприличные методы типа ангажирования полудиких племен. С другой – мы наглядно видим, в каких сложных и неудобных условиях приходится работать в Центральной Африке российским военным специалистам.

Конечно, масштабы операций не велики, если считать противника по головам. Но надо и знать местные условия и понимать своего противника (который, кстати, если с ним правильно поговорить, вполне может вдруг стать союзником). Российские миссии в Африке – это не прогулочное сафари, а опасная, тяжелая и утомительная работа, которая на выходе формирует имидж России как помощника тем силам на континенте, которые хотели бы мира и стабильности. И кстати, к миротворцам ООН из МИНУСКА давно уже накопилось много вопросов, несмотря на местами проявляющийся героизм непальцев. Но в конце концов выясняется, что русские – надежней.

Евгений Крутиков