В Киеве витает дух похмелья. Очень скоро это похмелье свинцовой волной обрушится на жителей города, но пока только издалека оно, вея духом разочарования, посылает свои слабые, но весьма отличительные знаки.
.
В этом городе почти физически чувствуется опустошение. Нет, дорогие иномарки, как и прежде, мешают ходить пешеходам, выстраиваясь стройными рядами на тротуарах, как и прежде молодые пары, исключительно русскоязычные, бродят по бутикам одежды в период скидок в торговых молах, парочки целуются в ботаническом саду Фомина. Но что-то неуловимое уже подкатывает к городу, который окончательно утратил свою славу, вывернутый наизнанку произошедшими событиями.
.
Но пока в Киеве спокойно. Вся бунтующая, мятущаяся часть столицы, вернее сказать, приезжая её часть, снялась и уехала на Восток в составе разных полубандитских формирований. Многих уже просто нет в живых. Часть проходит курс интенсивного лечения, в том числе и в наркодиспансерах. О веянии войны напоминают мрачные блокпосты на подъездах к столице и краснобереточные нацгвардейцы, прогуливающиеся в парке Шевченко возле одноимённого университета. Они чувствуют, что выполняют свой долг, с ними рядом добропорядочные молодые девушки или жёны, в опрятных платьях и с видом нравственности.
.
И самое ужасное и глупое в том, что эти девушки, провожая своих парней на войну, действительно думают, что отправляют их защищать родину. Какую родину – трудно сказать. Большинство из этих пар – родом с Западной Украины и живёт в столице недавно. И их родина – вычитана в украинских учебниках истории и высмотрена в телепередачах.
.
Именно из Западной Украины, или из этой виртуальной Украины, приехало большинство участников майдана. Сначала он начинался как студенческий евромайдан против отмены ассоциации с Европейским союзом. До двух сотен студентов с университета Шевченко, Киево-Могилянской академии пели тут песни под гитару, была установлена сцена, куда приходили выступать Руслана и Вакарчук из «Океана Эльзы». Люди веселились, проклинали Януковича, мечтали о Европе.
.
Очень странно, но сейчас об этом этапе на нынешнем майдане ничего не помнят. То, что случилось потом, затмило в разуме всё. Влияние и психическое давление на майдане, сформированном после провокативного разгона студенческого сборища 30 ноября 2013 года, было настолько сильным, что десятки человек сошли с ума, тысячи получили глубочайшие психологические травмы, несовместимые с нормальной жизнью человека.
.
Также как от похмелья стараются избавиться, так и от психологической травмы единственный способ излечиться – забыть. Поэтому киевляне стараются и сознательно и подсознательно забыть всё произошедшее. И не замечать нынешнюю маргинализованную помойку в центре столицы. И оставшийся в центре Киева майдан преднамеренно мешает это сделать, спекулируя и зарабатывая на крови.
.
Политики, захватившие власть в стране также стараются вытравить из своего мозга майдан, как чёрное ржавое пятно. Порошенко и компани финансировали майдан, а теперь он им не нужен. Всё больше и больше по оставшимся в центре столицы баррикадам носятся слухи, что вот-вот майдан разгонят. Уже новые власти. Красномордые ряженные казаки ходят по площади Независимости и воют о «клятой владе». Той владе, которую они и привели на высшее посты.
.
Так, на протяжении нескольких месяцев на этой ограниченной территории изо дня в день пугали разгонами, стонали в греко-католических молитвах, показывали избитых «беркутовцами» и проклинали, проклинали, проклинали. Плакали, молились, проклинали месяцы напролёт – пока наконец, измученные и истощённые, доведённые до исступления, не пошли на смерть.
.
Олицетворением сегодняшнего евромайданного Киева, самым сермяжным, самым грубым, является полубезумный Геннадий Балашов – миллионер, сколотивший свой капитал на перепродаже недвижимости. Серое, наглое создание, считающее всех рабочих и простых людей «быдлом» и «сволочью». Это он ходил на митинги антимайдана, организованные возле Верховной Рады, и грубо на камеру материл людей, стоящих там. Не забывая говорить, что они никто, а он человек, «потому шо у него есть мильйон».
.
Офис шарашкиной конторы Балашова находился как раз в начале улице Шелковичной, там, где она пересекает Институтскую. На этом перекрёстке грузовики преграждали подступы к Верховной Раде и комитетам парламента, до которых было метров двести. Именно сюда переместились в последние дни свержения Януковича жесточайшие столкновения боевиков майдана с силами правопорядка. В один из таких дней офис агитатора и вестника евромайдана Балашова был сожжён коктейлем Молотова, прилетевшим от участников «мирной и ненасильственной акции».
.
Теперь делец в этом помещении открыл новый проект – партию «5.10», выступающую ни много ни мало – за отмену всех налогов. Такой себе безумный бред ожиревших на махинациях и играх либеральных киевлян, заимевших «мильйон». Кстати, именно они спонсировали на майдане все радикальные и экстремистские группы, подвозя каски, бронежилеты, питание и деньги. Задача этого «среднего класса», либералов, плотно спаявшихся с неонацистами и праворадикалами, – смести Януковича и его клан, мешавший дальше расти и наживаться. И дело в том, что при Януковиче они имели миллион, но и при нём же они не могли иметь десять, двадцать миллионов. А очень хотелось.
.
Майдан стал символом. На этом символе, люди его организовавшие, – люмпены, радикалы и дельцы – сейчас активно наживаются. Уходить оттуда они не хотят, несмотря на требования новой власти. До сих пор держат под контролем часть помещений Киевской администрации, и краска с надписью «Революционный трибунал» и «Штаб революции» никак не хочет смываться, несмотря на присутствие законно избранного мэра Киева.
.
Вся суть затеянного несколько месяцев назад действа как нельзя лучше видна сейчас на когда-то главной улице столицы Украины. Сегодняшний майдан – это соединение реквиема по убитым майдановцам – т.н. «небесной сотне» – и огромного аттракциона с фото, продажей символики и другими услугами.
.
Майдан, стремившейся смести Януковича ради сытой животной, как им представлялось, жизни в Европе, сейчас уже не молится… Он просит. Просит деньги. Иногда требует. «Крышует» торговлю на самых дорогих местах в стране, продаёт флажки и ленточки на месте убийств людей, иногда производит наркотики, по ночам пьёт водку и дерётся. А потом опять просит деньги на «героев». И открывает новые ларьки на Европейской площади и площади Независимости с сувенирами и шаурмой.
.
Вот чем закончилась революция достоинства, как её называли околомайданные политтехнологи. Революция достоинства, уничтожившая всякое былое достоинство стольного града, возвратить которое уже практически невозможно.

Источник