Я учился в школе в 90-е годы, а потому разговоров о том, что сейчас молодежь пошла распущенная, не принимаю. Если помните — конечно, помните, — еще Сократ жаловался на молодежь, он был недоволен тем, что новое поколение поголовно осваивает письменность, а это неправильно, надо всё запоминать.


Школьнички всегда были народом малоприятным. Мой одноклассник, помнится, смешал реагенты в кабинете химии, вызвал задымление помещения и отравил детей газом неизвестного генезиса. Об этом тогда даже по радио рассказывали, вот, говорили, в московской школе произошло чрезвычайное происшествие.

Кто-то кого-то постоянно бил, чьи-то портфели летели из окна, физрук без предупреждения входил в раздевалку к девочкам, трудовик пил и кидался напильниками.

Это, кажется, в 1994 году было. И это была хорошая школа в центре Москвы. С углубленным изучением немецкого языка. Выпускники все поступили в вузы, которые принято называть ведущими. И, в общем, никто в жизни не пропал.

Что же сейчас? Да примерно то же самое, но с оговоркой на бесправие учителей, которые находятся под давлением не только чиновников, директоров, родительских комитетов, но и учеников.

Девятиклассник в московской школе поссорился с товарищем из-за переписки, угрожал ножом, а затем разбил ему лицо. Вышедшую на шум учительницу школьники не слушали, обращались на «ты».

После беседы с директором родители заявили, что конфликт не является межнациональным, а значит, претензий как бы и нет. Полиция проводит проверку, в отношении школы возбуждено дело о халатности.

В тот же день в той же Москве, но в другой школе, ученик 10-го класса украл со стола учительницы тетради. Когда педагог заметила пропажу и попросила вернуть украденное, ученик начал бить женщину по голове, после чего она оказалась в больнице. Здесь тоже проводится проверка.

В марте екатеринбургский учитель физики Сергей Перминов не стал терпеть хамского отношения со стороны 15-летнего ученика, который разговаривал на уроке и не обращал внимания на педагога. Сергей кинул в ученика ручку, потом взял того за руку — формулировки разнятся: за шиворот, за плечо, за предплечье — и отвел к директору.

Теперь Перминов осужден по статье о неисполнении обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего, сопряженное с жестоким обращением, выплачивает моральную компенсацию 120 тыс. рублей родителям ученика и отчисляет 10% государству от заработной платы на общественных работах, к которым приговорен. Работать учителем ему запрещено два года.

Если посмотреть на эти события одновременно, так сказать, целокупно, создается впечатление, что средняя общеобразовательная школа, которую на современном канцелярите принято называть унизительной аббревиатурой ГБОУ СОШ, превратилась в место обслуживания капризных, избалованных и невоспитанных подростков, которые в состоянии пубертатной ажитации с большим удовольствием просто издеваются над педагогами.

Чему уж они там учатся, представить невозможно совсем. Если люди не понимают элементарных правил не только приличия, но социализации, о каком образовании может идти речь?

Школьный период вызывает у родителей серьезные волнения. Отсюда берутся эти бесконечные классные чаты в мессенджерах, претензии к учителям, выпускные праздники в каждом классе, борьба за оценки и давление на детей.

Люди будто боятся задать себе простой вопрос — а знаете ли вы вообще хоть одного человека, который не смог окончить школу? Каждый слышал о таком легендарном персонаже, но в жизни нас почему-то не окружают люди без общего школьного образования.

Возможно, имеет смысл доверить процесс обучения учителям? Оставить его между педагогом и обучающимся? Поменьше в него вмешиваться, не создавая ставшую универсальной ролевую модель гиперопекающего родителя, который оставляет все меньше пространства для ответственности и самостоятельности ученика.

Дело в том, что, когда ребенок понимает, что не может и не должен влиять на учебный процесс — программа жестко зарегулирована, оценки контролируют родители, любые конфликты решаются доносами на имя директора или в департамент образования, — он подсознательным образом ищет выход своей энергии в других сферах.

Например, начинает издеваться над сверстниками или учителями. А что такого? Учиться-то не надо, надо только отсиживать уроки и жаловаться родителям, если что не так. А уж родители устроят паникерскую планерку в своем чате, вышлют парламентеров, те пойдут к директору и будут ему угрожать связями в департаменте или министерстве.

По какому поводу? А по любому. Завтраки не нравятся, кулера в классе нет, пол в коридоре не помыт, учитель математики оставил ребеночка после уроков, по географии половина класса получила двойки, молодая учительница английского выложила в соцсети фотографию в купальнике. Что угодно может стать поводом для общественного возмущения. Может — и станет.

А кто такой современный учитель? Это человек, который согласился приходить ежедневно к восьми утра на суд тридцати подростков, которые его, скорее всего, беспричинно ненавидят и никоим образом не проявляют своего интереса к преподаваемому предмету.

Это человек, который после пяти-семи уроков должен заполнять журналы, проверять контрольные работы и домашние задания, читать сочинения и еще отбиваться от претензий как руководства, так и родительского комитета.

Это человек, который согласился делать всё это за очень небольшие деньги. Не из чистого, конечно, альтруизма, но и не от жажды наживы.

Средняя зарплата школьного педагога в России — 55 тыс. рублей. В Москве побольше — 111 тыс., а в Тамбовской области — 35 тыс. Но зарплата эта считается довольно сложным образом — там учитываются переработки, классное руководство, общественная нагрузка.

Разговоры о том, что школьное образование недофинансировано, ведутся всегда и во многих странах. Говорю это, исходя из личного опыта: я несколько месяцев учился в гимназии на юге Германии, там учителя тоже жаловались на низкие зарплаты.

Но если низкий уровень дохода преподаватели ещё готовы терпеть, то унижения от своих учеников — вряд ли. Поэтому доля молодых педагогов в стране составляет менее 10%, а их средний возраст становится всё ближе к пенсионному. Нехватка преподавателей математики превысила 33%, а физики — 24%. Видя бесправие учителей, молодые люди просто не идут в эту профессию.

Но кто и каким образом должен формировать авторитет школьного учителя? Понятно, что педагог должен уметь сам себя, что называется, поставить. Но как себя поставить тому, кто получает ненамного больше минимального размера оплаты труда? Как ученикам уважать того, кто уязвим и перед родителями, и перед директором? Особенно если сам директор боится чиновников из департамента.

Важнее, что говорят ученикам родители: «Ты там это, Ларису Семеновну-то уважай всё-таки. А то мы на нее в прошлом месяце две докладных директору написали, попросили премии лишить, и на родительском собрании жёстко так ей сказали, что твои оценки — это её личная недоработка. Так что ты с ней помягче. Сегодня не бей хотя бы. По голове».

Такое ли отношение к педагогам транслируют своим детям родители? Может быть, и не такое. Но почему тогда дети ходят в школу с ножами и бьют учителей?

Дмитрий Самойлов