Премия американской киноакадемии всё сильнее девальвируется. Раньше «Оскар» был своеобразным знаком качества в мире кино. Как для голливудских, так и иностранных фильмов. «Оскара» получали великие русские кинорежиссёры Владимир Меньшов и Никита Михалков.


Однако в последние годы эту премию стали давать не за искусство, а за соответствие «повестке». И если голливудским режиссёрам достаточно просто добавить в фильм мигрантов, ЛГБТ*-персонажей или борьбу темнокожих активистов с проклятыми белыми расистами, то приз лучшему иностранному или документальному фильму теперь дают за русофобию.

Например, пропагандистский фильм «Навальный» (Navalny) режиссера Дэниела Роэра получил премию «Оскар» в 2023 году как «лучший документальный фильм». Картина рассказывает о предполагаемом отравлении Алексея Навального**, его реабилитации и расследовании этого дела. Но кто теперь помнит эту ленту, в отличие от культовых оскароносных картин Меньшова и Михалкова: «Москва слезам не верит» и «Утомлённые солнцем»?

Вот и в этом году либеральный русофобский «Оскар» верен себе. На соискание награды за «лучший документальный фильм» выдвинута лента уральского школьного видеографа Паши Таланкина. Фильм «Господин Никто против Путина» позиционируется как картина датско-чешского производства, снятая в российской школе с «угрозой для жизни».

Однако фактическим режиссёром ленты стал гражданин США Дэвид Боренштейн, который связался с российским учителем-видеографом Таланкиным и давал ему указания, что именно нужно снимать в школе для западной аудитории.

«Господин Никто против Путина» — документальный фильм 2025 года о школьном педагоге Павле Таланкине из уральского Карабаша, который тайно фиксирует на камеру внедрение военной пропаганды в российской школе после вторжения на Украину. Картина снята как «подпольная» хроника школьной жизни в условиях милитаризации и идеологического давления», — говорится в аннотации к ленте.

На деле вместо некоего великого «разоблачения» зрителям показывают довольно унылое и малосодержательное зрелище. Большую часть экранного времени, а это целых полтора часа, Паша просто ноет на камеру, рассказывая о своём трудном детстве и моральных страданиях.

В качестве доказательства «тоталитарной пропаганды» Павел показывает школьников, которые несут флаг России на линейке или принимают участие в шествии «Бессмертного полка» под Знаменем Победы. Вишенкой этого «разоблачения» стали кадры, на которых ветераны СВО рассказывают детям свои истории в ходе «Разговоров о важном». Вот так сенсация!

Далее Таланкин демонстрирует доказательства своего «преследования» в России: ссору с завучем на почве отношения к СВО. Паша сетует, что его «заставляют» снимать патриотические мероприятия, которые проходят в школе. Хотя видеосъёмка школьной жизни и является его основной должностной обязанностью, за которую он получает зарплату.

В качестве протеста Паша вешает в классе листочек с либеральным бело-сине-белым флагом и пытался вести захохловскую пропаганду среди школьников и учителей. Иронично, что даже за такие поступки Пашу никто увольнять не собирается. Завуч и учителя относятся к нему без агрессии, как ко взрослому ребёнку.

Свои беседы со школьниками Таланкин снимает исподтишка. Характерна сцена с девочкой Машей, которая в ходе частной беседы рассказывает свою личную историю. В это время её с угла снимает камера, Маша в неё вообще не смотрит и, вероятно, даже не догадывается, что её личный разговор «идёт под запись» для международного кинофестиваля.

По сути, Таланкин ведёт себя в фильме как последний подлец. По указанию Боренштейна он тайком снимает частные разговоры учителей и учеников, монтируя их так, как ему удобно.

Разумеется, Паша и не думает о том, чтобы сохранить анонимность школьников, которые ему доверяют. По закону автор должен блюрить лица несовершеннолетних, если снимает их без разрешения родителей. Но Паша не только снимает, но и продаёт эти кадры британской корпорации BBC. То есть использует детей в коммерческих целях.

Забавно, что Таланкин сам себя называет «любимцем школьников». При этом он признаёт, что после либерального каминг-аута он не получил никакой поддержки от детей, а стал лишь вызывать презрение.

И вот, дождавшись конца учебного года, Паша пишет заявление об увольнении из школы по собственному желанию. К этому моменту у него на руках хранится школьный видеоархив с мероприятий и скрытые съёмки разговоров с учениками.

Теперь Паша планирует сбежать из России, передать файлы Боренштейну и слепить «документальный фильм». Причём вывозить эти файлы он планирует на жёстком диске, будто их нельзя отправить через интернет. Но этот неестественный ход и задаёт всю драматургию ленты.

Здесь впервые за все полтора часа фильма происходит хоть что-то интересное. Паша ночью берёт лопату и зачем-то выкапывает небольшое деревце, чтобы пересадить его на территорию школы. Трясущаяся камера передаёт всё внутреннее напряжение и невероятную «опасность» происходящего.

Пока Паша таскает ночью дерево по Карабашу, закадровый женский голос, в лучших традициях шпионских фильмов, передаёт инструкции: «Пи, настало время поговорить про твой отъезд. Перед тем как пересечь границу, удали все мессенджеры. Ты нужен со всеми жёсткими дисками, которые ты вывозишь. Будь спокоен. У тебя есть билет назад, и они будут думать, что ты вернёшься через семь дней».

Выезд Таланкина обставлен так, будто он вывозит чертежи «Орешника», а не кадры со школьной линейки. Похоже, что Паша и сам верит в исключительную важность и опасность своей миссии.

На снятые Пашей кадры в BBC накладывают серый фильтр и грустную, депрессивную музыку. В итоге даже трава почти теряет зелёный цвет и кажется серой. Ведь в России, по задумке Боренштейна, всё и должно быть серым и депрессивным. Вот и готова номинация на «Оскар».

Если отбросить политику и посмотреть на фильм исключительно с точки зрения искусства — оценить сюжет, драму, кадр; он не дотягивает даже до уровня курсовой работы среднего студента. Фильм запредельно растянут и просто чудовищно скучен.

Единственное, что придаёт ему ценность в глазах американской киноакадемии, так это жизненный путь сойджака Паши — непримиримого борца с режимом (и деревьями). И если «Господин Никто против Путина» получит «Оскар», то это действительно станет чудовищным ударом, но не для российского президента, а для самой американской киноакадемии.

В итоге в фильме оказалось удачным только название. Ведь самокритичный ярлык «Господин Никто» идеально характеризует самого Пашу Таланкина.

*ЛГБТ-движение признано экстремистским и запрещено в России

** Алексей Навальный внесён в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга

Роман Антоновский