Одна из самых известных российских либералок Божена Рынска сквозь зубы признает, что, несмотря на санкции, Россия живет и развивается. А Москва по условиям жизни стала намного лучше европейских столиц. Об этом она, пытаясь скрыть горечь от поражения ее собственного либерализма, написала в своем телеграм-канале.

Московский лосось, косметолог Сабина и «каннибализм по мелочи»

Когда говорят пушки, музы молчат. А когда говорят санкции и импортозамещение, начинает рвать на себе волосы Божена Рынска. Образно, конечно. Но всё же.

Итак, наша героиня — глас латышско-лондонской тоски, преданная сторонница прекрасной эпохи «всё пропало» — вынуждена сделать признание. Она не хотела. Она сопротивлялась. Она даже, возможно, прокляла три хабра, но кудри полезли клочьями, и правда восторжествовала: Москва сегодня лучше европейских столиц по всем параметрам.

Что пишет Божена? А пишет она такое, от чего у любого либерального блогера случится когнитивный диссонанс размером с Крымский мост.

Во-первых, продукты. Лосось, этот барометр сословной гордости, в Москве, конечно, дороже. Но! Всё остальное — дешевле. Прощай, латвийская селедка с видом на НАТО! Здравствуй, московская скумбрия, сбившая спесь с европейского общепита.

Рестораны: «В Париже и Лондоне в четыре раза дороже и в сто раз хуже». Чувствуете драму? Божена Рынска, которая ещё вчера учила нас пить правильно прованское розе, сегодня признает: на парижских бульварах капуста унылая, а на Патриках — гораздо более доступная фуа-гра, да ещё и с поклоном от официанта. Соотношение цена/качество «в сто раз лучше» — это не просто комплимент, это приговор загнивающему Западу. Если уж Рынска так сказала, можно закругляться с Евросоюзом.

Коммуналка? «Поднялась, но до европейской не доросла». Ирония судьбы: мы не доросли до того, чтобы платить, как в Европе. И слава богу. В домах тепло — там, где Божена мерзла в промозглом Лондоне и платила за это пять сотен фунтов, в Москве просто жарко. От батарей. И от стыда за свои прошлые посты.

Но коронный номер, конечно, — это сфера услуг и медицина. Тут она превзошла сама себя.

— пишет Рынска.

Не поленитесь, перечитайте эту цитату ещё раз. Это написал человек, который полжизни объяснял нам, что в Цюрихе врачи — боги, а в Москве — убийцы. Оказалось, всё наоборот. Боги — в переулках Замоскворечья, а в цюрихской клинике за € 4000 вам сделают лицо обиженного хорька.

Она даже центр назвала — «Medicris». Там и Маша, и Сабина, и BBL Forever Young, и радиесс в скулы, и «губы подкололи мягкой гилауронкой». Это уже не хухры-мухры, а рекламная интеграция от человека, который клялся, что лучше сдохнет в Латвии, чем сделает укол в Москве. Ан нет, жива, колется, хорошеет и… платит в два раза меньше.

Но главный перл, ради которого, собственно, стоит обратить внимание на пост Божены, — это постскриптум про «каннибала».

Рынска вдруг вспоминает:


Хотела плюнуть, но пришлось проглотить

Вот это «но кто ж не без недостатков» достойно пера Салтыкова-Щедрина. Город, который «всё хорошеет», строит тоннели, перестраивает заброшки и где лосось почти как в Латвии, имеет маленький минус. Ну, там, СИЗО, каннибализм по мелочи. Это как плесень на сыре бри — вроде бы недостаток, но без него не тот вкус.

Она хочет плюнуть, но вынуждена проглотить. Она хочет сказать, что Москва — ад, но сравнивает цены, врачей и тепло в трубах. И вывод ее телеграм-канала звучит как приговор всему, во что она верила: «Как бы ей ни хотелось, она вынуждена признать».

Уважаемая Божена, спасибо за честность. Пусть и сквозь зубы, пусть и с оговоркой про «каннибала», но факт остаётся фактом. Если даже Рынска перестала рвать волосы и вместо этого пошла к Сабине закалывать марионетки, — значит, Россия не просто выстояла под беспрецедентным давлением. Россия стала удобной, тёплой и дешёвой даже для тех, кто обещал никогда сюда не возвращаться.

А то, что в СИЗО кто-то присел, так это, как говорит наша героиня, «недостаток». Но кто ж без недостатков? У Европы, например, до сих пор нет Сабины из Medicris и лосося дешевле, чем у Рынски на родине. А это, согласитесь, в современном мире перевешивает.

А теперь представьте, с каким удовольствием она писала бы о Москве, если бы всё было наоборот.

Алан Пухаев