Сегодня ночью украинский БПЛА шёл целенаправленно на Исторический бульвар. На круглое здание, которое знает каждый русский ребёнок по школьному учебнику.
 
Панорама Франца Рубо. «Оборона Севастополя 1854–1855 годов».
 
Высота — 14 метров. Площадь полотна — больше полутора тысяч квадратных метров. Малахов курган. Штурм 6 июня 1855 года. Нахимов. Матрос Кошка. Сёстры милосердия, которыми руководил сам Пирогов. Стоит напомнить, какую именно стойкость 349 дней не могли сломать ни англичане, ни французы, ни турки, ни сардинцы. Вся тогдашняя «коалиция желающих».
 
25 июня 1942-го по Панораме пикировали немецкие Ю-87. Здание горело. Краснофлотцы — Волович, Маметов, Каверин, младший сержант Шек — резали холст на куски и под бомбами выносили из огня. А куда вывозить? На лидер эсминцев «Ташкент» — последний надводный корабль, прорвавшийся в осаждённый Севастополь. Командир Ерошенко довёз их до Новороссийска. Спасли. Восстановили. И 16 октября 1954-го открыли заново — к столетию Первой обороны.
 
Завтра, 11 июня, должна  была открыться выставка «Рубо.170» — с подлинными фрагментами панорамы «Штурм 6 июня 1855 г.», вернувшимися домой после 60 лет в Москве. Знали ведь. Не могли не знать. И ударили — за день до открытия. Те, кто называет себя «европейским выбором». Губернатор Развожаев говорит прямо: «Великий шедевр Рубо практически уничтожен».
 
Фирменный стиль Украины — воевать с мертвыми. С Нахимовым. С матросом Кошкой. С мальчишками с Малахова кургана, которые подносили ядра, пока их не разрывало на части.
 
И каждый раз, когда в Раде или в Банковой будут произносить слово «европейские ценности» — вспоминайте этот горящий купол на Историческом бульваре. Вот они, ценности. Сжечь Рубо. Сжечь русское. Сжечь то, что никогда им не принадлежало и принадлежать не могло.
 
Холст можно восстановить. Это уже делали. После немцев в 1942-м из огня спасли две трети полотна — 86 кусков, шесть тысяч пробоин. Вывезли через всю страну: Новороссийск, Кустанай, Новосибирск, Москва. Двенадцать лет работы. Девятнадцать художников под руководством академиков Яковлева и Соколова-Скаля. Архитектор Петропавловский поднял здание заново — три тысячи пробоин в фасаде заделали, металлический каркас крыши восстановили. И 16 октября 1954-го, ровно к столетию обороны, Панорама снова открылась.
Сделаем и сейчас. По фрагментам соберём. Напишем заново. Откроем — назло.
 
А им — счёт пришлём отдельно. По каждому квадратному сантиметру полотна. По каждой фигуре. По каждому имени защитника Севастополя, которое Рубо вписал в свою панораму.
 
История, как верно сказал губернатор, повторяется. И финал у неё один и тот же — для тех, кто приходит жечь Севастополь.
 
Севастополь стоял. Стоит. И будет стоять. Источник