Тяготение русского человека к заграничному и его взгляды в сторону Запада секретом не являются и хорошо известны нам же самим. За этим явлением лежат сотни лет истории, соседства с Европой и глубокие (что, пожалуй, самое важное) политические трансформации.

А между тем во всём этом западничестве легко усмотреть обыкновенное незнание собственной страны. Ведь даже при всём удивительном многообразии и фантастической многоликости России бытует мнение собственных её жителей о некой якобы её однообразности или отсутствии чего-то такого, что непременно есть у других и чем уж можно восхититься (причём совершенно искренне). Повторимся, незнание.

Конечно, во многом тут работают культурные механизмы, заложенные ещё некоторыми либеральными писателями и деятелями века (как минимум) девятнадцатого. Ведь именно их установки легли в основу советского образования и государственной пропаганды, где всё дореволюционное («проклятый царизм» и всё такое) должно было быть выставлено нарочито выпукло отсталым, недоношенным и зловредным.

Открывает, к примеру, читатель Тургенева и начало его знаменитого романа, что входит в обязательную школьную программу старшей школы, а там с первых же страниц сирая и неприглядная бедная «российская действительность». И что с того, что сам автор большую часть жизни прожил за границей, а на родине бывал лишь короткими наездами (хоть именно она его и кормила). Но что ж тут может быть предосудительного, когда и большинство большевистской братии большую часть жизни провели точно так же за рубежом (до революции, разумеется).

Впрочем, тычки в сторону якобы невыразительности русской природы, якобы бедности её пейзажей и ландшафтов встречаются и у других отечественных писателей. Примечательно при этом, что те авторы, чьё творчество, напротив, раскрывает всю красоту и многогранность России и её жителей, инструментом государевой пропаганды почему-то не стали. Со всеми вытекающими последствиями относительно известности их творчества и произведений. Любопытно также пофантазировать о том, какую выразительность, в таком случае первые находили в природных картинах какой-нибудь Германии или Польши (впрочем, последней тогда даже не существовало в качестве страны), ведь равнинные пейзажи умеренного пояса везде примерно одинаковы или похожи.

Одним словом, сложилось парадоксальное положение вещей, при котором многие наши люди гораздо лучше знакомы с жизнью и спецификой зарубежья, нежели со своей собственной страной. При этом в России огромное количество мест, подобных которым в Европе просто нет. И это не только величественная дикая природа, где не ступала нога человека, но и очень обжитые и экономически развитые историко-географические регионы.

Если и проводить какие-то аналогии в таком случае, то разве что с Северной Америкой, действительно могучим природным краем, но уж никак не с мелкотравчатыми европейцами и их скромными землями.

Одним из таких экономических и географических районов нашей страны является Южный Урал. Его ландшафты, начинаясь в Европе, а заканчиваясь уже в Азии, столь непохожи на привычные виды и в то же время столь живописны, что явно должны вызывать некоторое смущение у людей определённых взглядов, представлений и установок (о чём мы говорили выше). Конечно, великая русская литература запечатлела край, но ведь для того, чтобы это узнать, нужно глубже читать Пушкина, а всего вернее обратиться к произведениям Даля и Аксакова. Но ведь к такому, как вы понимаете, жизнь (организованная большевистскими школьными программами) никого не готовила.

Между тем край этот в чём-то схож с американским Средним Западом. Выражается это в нескольких плоскостях. Исторически это аналогии с освоением сурового и необжитого фронтира с его огромными просторами и плодородными землями, которые дали свои первые всходы уже в новейшее время, но стали при этом настоящей житницей страны.

Географически бескрайние и жаркие степи Оренбуржья удивительным образом напоминают Канзас. Ну а всесоюзная кузница — Челябинск и города, его окружающие, — находят отражение в крупнейших металлургических центрах Среднего Запада США: Кливленда, Чикаго и Гэри.

Но остановимся на этом подробнее. Южный Урал, как экономико-географический район, составляют в наши дни три региона России: республика Башкортостан, Оренбургская и Челябинская области. Совокупная площадь этих трёх субъектов примерно 355 тысяч квадратных километров, что больше Польши и сопоставимо с Германией. Это, что называется, для наглядности.

Пожалуй, наиболее необычной для России и характерной чертой края является удивительное сочетание двух экономических моделей: очень развитое сельское хозяйство, пищевая промышленность и агропромышленный комплекс — Южный Урал — это настоящая житница России и одновременно с этим мощнейшая тяжёлая индустрия. Это кузница страны, центр машиностроения и ОПК, что, впрочем, в отличие от первого факта, известно очень широко.

Именно это необычное сочетание двух довольно разных направлений и делает столь похожими наш Южный Урал и американский Средний Запад. Помимо, разумеется, природных ландшафтов и огромных масштабов. Ведь для Америки данный необъятный край является мощнейшим производителем зерна и кукурузы, ключевым сельскохозяйственным районом страны, «хлебной корзиной Штатов», как иногда говорят. Вместе с тем на этих же землях зародилась современная тяжёлая промышленность США — чёрная металлургия и машиностроение. Впрочем, в наши дни этот гигантский промышленный комплекс переживает кризис, который дал региону новое прозвище — Ржавый пояс.

И на этом месте ассоциации, к нашей радости, расходятся. Потому как металлургический хребет России ржаветь не собирается. Об этом говорят работающие на полную мощь предприятия: одна из крупнейших металлургических площадок в мире — Магнитогорский металлургический комбинат, Челябинский металлургический комбинат, Челябинский электрометаллургический комбинат, Челябинский цинковый завод, Челябинский трубопрокатный завод (обратите внимание, только в одном Челябинске четыре металлургических производства), Златоустовский металлургический завод, Ашинский металлургический завод, Кыштымский медеэлектролитный завод, завод «Карабашмедь», комбинат «Южуралникель» в Орске (это уже Оренбургская область) и многое-многое другое.

При этом Челябинская область выступает в роли неоспоримого сердца российской чёрной металлургии, а Башкирия и Оренбуржье в большей степени являются центрами цветной металлургии, особенно это касается производства никеля и меди. В то же время в последних двух развита ещё и нефтехимия, построенная на добыче нефти и природного газа.

А эта отрасль является ещё одним становым хребтом Южного Урала, следуя за ставшей традиционной для региона металлургией. Вдумайтесь, в одной только Уфе три нефтеперерабатывающих завода: Башнефть-УНПЗ, Ново-Уфимский НПЗ, Башнефть-Уфанефтехим. Ещё в столице республики работает нефтехимический завод «Уфаоргсинтез», выпускающий фенол, ацетон, полиэтилены и другую химическую продукцию. Подобные предприятия работают и в других городах Башкирии.

Вообще же Башкортостан представляет собой в этом плане своего рода центр комплексной нефтепереработки, Оренбургская область — газопереработки. Ну а Челябинск — это металлургия и машиностроение (вспомним хотя бы легендарный Челябинский тракторный завод, Челябинский завод строительно-дорожных машин или автомобильный завод «Урал» в Миассе, выпускающий одноимённые знаменитые грузовики).

Таким образом, Южный Урал — это мощнейший индустриальный центр страны. Но вот что ещё любопытно: Южный Урал — это ещё и житница России. В трёх регионах края собирают впечатляющие объёмы зерновых и масленичных культур. Это земля, где раскинулись бескрайние плодородные пашни. Довольно необычное сочетание само по себе и для российской географии особенно.

При этом надо сказать, что речь не об эфемерном сельском хозяйстве как таковом, а о настоящем лидерстве в некоторых областях отрасли. Так, весьма примечательным является тот факт, что Челябинская область лидирует в стране по производству муки. Да, всё верно, главное «мукомольное сердце» России — это не чернозёмные солнечные губернии средней полосы и юга нашей страны, а суровый Челябинск со своим внушительным и безапелляционным статусом гиганта чёрной металлургии. Безусловное первое место принадлежит ему и по производству макаронных изделий (знаменитый челябинский бренд «Макфа» говорит сам за себя). Третье место по производству круп. Да что там, третье место в России по производству куриных яиц. Таким образом, Челябинская область не только снабжает страну металлами и техникой, но ещё и кормит её.

К слову, кого-то, возможно, удивит и другой факт: арбузной столицей России является (занимая первое место по производству арбузов в стране) Оренбуржье, которое опережает по этому показателю знаменитых астраханских производителей. По валовому сбору подсолнечника (ещё один традиционный символ юга) Оренбургская область занимает второе место, уступая лишь Саратовской губернии.

Так что Южный Урал — это не только могучая кузница России, но ещё и обширная и плодородная её житница.

Сергей Газетный