Сегодня исполняется четыре года с момента, когда президент России Владимир Путин объявил о начале специальной военной операции.

Этому решению предшествовала череда критически важных событий: 21 февраля 2022 года Россия признала независимость Донецкой и Луганской народных республик (ДНР и ЛНР); украинские власти начали стягивать к границам республик десятки тысяч солдат с целью "окончательного подавления мятежа"; 23 февраля главы ДНР и ЛНР обратились за помощью к России, прося защиты от агрессии со стороны Украины.

Тем не менее совершенно однозначно, что спусковой крючок для начала СВО был нажат гораздо раньше, а именно 22 февраля 2014-го.

За день до этого на фоне длительных и кровавых беспорядков представители властей Украины и основных оппозиционных партий подписали Соглашение об урегулировании кризиса на Украине, которое завизировали главы МИД Франции, Германии и Польши, а также глава внешней политики ЕС. В рамках выполнения соглашения планировались масштабная амнистия, выборы в конце года, а главное — "конституционная реформа с участием и полным учетом мнений всех регионов Украины для последующего одобрения на общенациональном референдуме, а также формирование легитимного правительства национального единства с учетом интересов всех политических сил и регионов страны".

Иными словами, для тех, кто хотел мирного развития Украины, были открыты все двери и созданы все условия.

Но нет.

Двадцать второго февраля 2014 года вооруженные боевики заняли правительственные резиденции и учреждения, Рада мгновенно отстранила от власти Виктора Януковича, изменила конституцию и назначила исполняющим обязанности президента спикера Турчинова, он же Кровавый Пастор. Мощные европейские "гаранты" срочно забились под шкаф, и об этих гарантиях больше никто и никогда не вспоминал.

Президент России Владимир Путин назвал произошедшее "антиконституционным переворотом и вооруженным захватом власти" и задал вопрос, более чем актуальный в нынешнюю годовщину начала СВО: "Для чего? Зачем нужно было заниматься незаконными, антиконституционными действиями и вводить страну, втаскивать страну в тот хаос, в котором она сегодня оказалась?"

Как вспоминает свидетель тех событий, британский аналитик и вывший эксперт Labour Party по внешней политике Дэвид Моррисон, "если бы соглашение было выполнено, весьма вероятно, что нынешнего противостояния между Западом и Россией никогда бы не произошло, и возможно, что при совместных действиях ЕС и России Украина могла бы быть направлена по пути к стабильной и инклюзивной форме правления, подобной которой у нее никогда не было как у независимого государства".

Эту же мысль в годовщину госпереворота озвучил посол по особым поручениям МИД России по преступлениям киевского режима Родион Мирошник: "В результате государственного переворота в 2014 году Украина встала на путь самоликвидации в угоду чужим интересам".

В итоге переворот привел к разрыву с Донбассом на востоке и последующему военному наступлению на него со стороны новых властей в Киеве, что сделало неизбежной СВО.

Нет смысла приводить цифры, сравнивающие ту Украину и то, что осталось сейчас. Та Украина разрушена навсегда — и экономически, и политически, и демографически, и ментально. Единственная утешительная морковка для поддержания духа: "Есть перспектива вступления в ЕС".

Но жесточайшая ирония заключается в том, что на конец 2013-го при ужасном "пророссийском" Януковиче Украина была значительно ближе к ЕС, чем сейчас, и можно было бы сегодня иметь мирную "европейскую" Украину с дружественным восточным соседом — без всяких специальных и неспециальных военных операций.

На момент вооруженного госпереворота в Киеве Украина подписала с ЕС 30 (!) соглашений, включая соглашение о визовой либерализации и соглашение об углубленной зоне свободной торговли, и уже было готово к подписанию соглашение об ассоциации с Евросоюзом, которое ЕС рассматривал как начало полноценной "политической ассоциации и экономической интеграции".

Сам же "пророссийский" Янукович заявлял, что "европейский выбор" остается для Украины "стратегическим направлением дальнейшего цивилизационного развития, укрепления места и роли страны в современном конкурентном мире".

Формальным поводом для беспорядков был совершенно не отказ от вступления в ЕС, а разумная просьба Януковича об отсрочке: "Стране необходимо позаботиться о минимизации негативных последствий начального периода ассоциации с ЕС, которые ощутят на себе наименее обеспеченные жители страны".

Но боевики, в течение многих лет подготавливаемые в различных НКО на деньги американцев и европейцев, остановиться уже не могли и не хотели, потому что никому не нужна была мирная Украина, а нужна была анти-Россия.

Что в итоге? Несколько дней назад глава евродипломатии Каллас финализировала великие итоги Евромайдана: "Не вижу готовности стран ЕС дать Украине дату членства. Впереди много работы".

Действительно, разбирать руины бывшей Украины — работа долгая. И, возможно, навсегда.

Кирилл Стрельников