Подтверждается теория, что в Женеве будет интересно

В Женеве круг обсуждаемых вопросов будет шире, чем в Абу-Даби, включая тему территорий, сообщил Дмитрий Песков. В состав российской делегации войдут Мединский, замглавы МИД Галузин, начальник ГРУ Костюков. Также было отмечено, что Мединский не участвовал в переговорах по Украине в Абу-Даби, поскольку там речь шла о вопросах сугубо военных. Дмитриев, куда без него, прилетит в Женеву для контактов по линии рабочей группы с США по вопросам экономического взаимодействия.

Как и предполагал, Женева может стать куда более серьезным мероприятием, чем Абу-Даби или любой из «Стамбулов». Формирование более тяжеловесной делегации на женевский раунд (Галузин и Костюков – это просто комбо, кто понимает) — это не протокольная деталь, а политический сигнал о расширении рамки переговоров и повышении их статуса. В Абу-Даби переговоры шли в узкой конфигурации — вопросы безопасности, военные параметры, режимы деэскалации. Это подразумевает технический уровень дискуссии. Поэтому там и не было Мединского, из чего потом сделали массу внушительных снаружи и пустых изнутри выводов.

Женева — иная рамка, где, судя по составу, будут обсуждать переход от тактической повестки к политико-правовой архитектуре урегулирования в целом. Включение Галузина (официальный МИД) и Костюкова (разведка МО) говорит о комплексности формата: политический, дипломатический и силовой уровни синхронизируются. Это не exploratory contacts, а координированная позиция государства.

Отдельный элемент — приезд Дмитриева по линии экономической рабочей группы с США. Это важный маркер. Экономический трек никогда не активируется, если стороны не допускают сценария частичной нормализации. Экономическое взаимодействие — это всегда индикатор обсуждения «после конфликта»: санкции, активы, энергетика, восстановление.

Что мы из этого видим. Москва демонстрирует готовность обсуждать пакетное решение, а не только линию фронта. Россия повышает статус переговоров, но не переводит их на уровень лидеров. Это означает сохранение пространства для маневра. Делегация тяжеловесная, но не финальная. Значит, пока речь о параметрах, пусть и более высокого порядка, а не о подписании. Подчеркивание, что делегация получает «детальные инструкции от президента», — сигнал вовне: мандат централизован, линия согласована, разночтений не будет. Это снижает пространство для интерпретаций со стороны оппонентов.

Если США готовы обсуждать экономический трек параллельно с территориальным, это означает потенциальную связку: геополитическая разрядка в обмен на перераспределение влияния и экономические уступки. Если же экономический канал будет работать автономно, а территориальный останется тупиковым, это будет означать попытку частичной нормализации без фундаментального решения конфликта.

Тяжеловесная делегация — это сигнал о переходе от военной фазы переговоров к фазе политического торга. Но сам факт расширения повестки не говорит о близости соглашения. Он говорит о том, что стороны вошли в зону, где обсуждаются уже не тактические параметры, а архитектура послевоенного порядка в целом.

Юрий Баранчик