Сейчас Трамп пытается продавить Иран, заставив его пойти на уступки, действуя с позиции силы. Если же Иран не прогнется или будет достигнуто соглашение, которое не будет расценено как победа Трампа, это нанесет ему серьезный политический ущерб в преддверии промежуточных выборов.

В Вашингтоне прошло первое заседание "Совета мира" под председательством президента США Дональда Трампа. По итогам встречи стало известно, что девять стран внесли более $7 млрд на программу помощи Сектору Газа

- Ирина Викторовна, приобретает ли идея Трампа о создании ближневосточной Ривьеры на месте разрушенной войной Газы зримые очертания?

- Пока об этом говорить рано. Пока это выглядит как спонсорский взнос в фонд Дональда Трампа. Прежде всего нужно решать принципиальные вопросы с Израилем и палестинцами. А это очень непросто, как показывают последние действия Нетаньяху.

- Какую роль может сыграть в ситуации на Ближнем Востоке контингент из 20 тысяч военнослужащих и 12 тысячи полицейских, который планируется разместить в Газе?

- Идея в том, чтобы удержать ситуацию под контролем. Пока мы видим очень жесткую линию Израиля, которому явно поперек горла планы Трампа. Но при этом Трамп тоже не готов идти на прямую конфронтацию с Тель-Авивом. Пока ситуация балансирует.

- Следует ли России принимать участие в этом проекте на фоне идущих переговоров по Украине?

- Все понимают, что Совет мира — это личный проект Трампа, который хочет стать президентом мира, получив в свое распоряжение финансово мощную структуру, которая подменит собой ООН. Для России, Китая Европы, это неприемлемо. И все следуют одной линии: напрямую ссориться с Трампом не хотят, но и не поддерживают слишком бодро его инициативу.

- Тем более Россия и так имеет авторитет в странах Ближнего Востока.

- Мы поддержали миротворческую инициативу Трампа по Газе. Но Трамп намерен расширить деятельность этого Совета. С другой стороны, мы понимаем, что это лишь первый шаг, за которым последуют более масштабные планы, по отношению к которым у нас очень скептическое отношение.

- Планы Трампа противоречат постулатам национальной стратегии США, опубликованной в прошлом году. Из нее следовало, что США возвращаются к доминированию в западном полушарии, а не в глобальном масштабе.

- Да, инициативы Трампа вовлекают гораздо большее количество стран. Все более неизбежной кажется операция против Ирана, судя по сосредоточенной авианосной группировке.

- Что удерживает Трампа от немедленного удара по Ирану? Он отвел на заключение сделки 10 дней.

- Трамп находится в очень рискованной ситуации. Тель-Авив занял очень агрессивную позицию. При этом он имеет серьезное влияние на Вашингтон. В последние годы США действовали против собственных интересов, но в интересах Израиля.

Сейчас Трамп пытается продавить Иран, заставив его пойти на уступки, действуя с позиции силы. При этом президент США находится в ловушке: ему нужно показать результат, либо нанести удары по Ирану, либо достичь договорённости, которую он сможет предъявить как свою победу. Если же Иран не прогнется или будет достигнуто соглашение, которое не будет расценено как победа Трампа, это нанесет ему серьезный политический ущерб в преддверии промежуточных выборов.

Но если Трамп все-таки будет вынужден ударить, ситуация для него станет еще хуже, когда погибнут американские военные. У Трампа все более узким становится коридор для маневра и все меньше возможностей, чтобы выскочить из очень сложной ситуации, куда его загнала его собственная политика и давление Израиля.

- Иранская сторона утверждает, что извлекла уроки из прошлогодней 12-дневной войны. К тому же правящий режим показал свою устойчивость во время массовых протестов. Вряд ли новая война будет легкой прогулкой для США.

- Это создает риски для США. Тегеран устоял тогда и сейчас. Есть опасения, что его ответный удар будет очень серьезным и болезненным для США. Потеря эсминца или даже авианосца станет катастрофой лично для Трампа.

- В прошлый раз Иран предупреждал американскую сторону об ударах по военным базам СЩША. В этот раз такого не будет?

- И американцы, и иранцы выверенно наносили удары в ходе 12-дневной войны, чтобы не поднимать градус эскалации. Гораздо более болезненными для Ирана были убийства физиков-ядерщиков и высокопоставленных военных, совершенными спецслужбами Израиля.

Американцы же и иранцы ограничились во многом ритуальными ударами. Но сейчас высока вероятность, что дело этим не ограничится. Трамп не может позволить себе серьезных потерь среди американских военных.

- Учитывая весь тот узел ближневосточных проблем, какое место Украина занимает в планах трампа, ведь третий раунд трёхсторонних переговоров в Женеве показал, что ситуация не сдвинулась с мёртвой точки?

- Украина становится наименьшей из проблем Трампа. В Вашингтоне оценили ситуацию и поняли, что могут пока держать ее в подвешенном состоянии. Поэтому идет имитация переговорного процесса, который торпедируют Украина и Европа.

Даже если на украинском направлении не будет результата, это не критично для Трампа. Темы Ближнего Востока, Китая, Индии для него актуальнее.

Ситуация находится в состоянии равновесия. Киев пока еще сохраняет возможность сопротивляться, пусть его возможности в этом отношении снижаются. Фронт двигается медленно. В долгосрочной перспективе ситуация развивается в пользу России. Источник