За последние дни популярный американский телеведущий Такер Карлсон фактически объявил о разрыве с Республиканской партией, обвинив ее в том, что она ставит интересы Израиля превыше интересов США. А также продемонстрировал солидарность с противниками идеологии христианского сионизма, занимающего далеко не последнее место в перечне мотиваций Белого дома. Что это за демарш?

Прежде всего, это уже не отдельные выпады Карлсона, а, по сути, его оформленная политическая позиция. До недавнего времени внутри американских правых существовала довольно устойчивая коалиция:

— традиционные республиканцы;
— евангелисты и христианские сионисты;
— неоконсерваторы;
— MAGA;
— изоляционисты America First.

Всех их объединял Трамп. Но этой весной президент США объявил, что Карлсон — это «не MAGA», подчеркнув, что MAGA — это он, Трамп. Момент показательный, потому что до этого MAGA была именно коалицией. Война с Ираном эту коалицию расколола окончательно. Теперь Карлсон заявляет: America First важнее Трампа и тем более Израиля.

Надо понимать, что для одной части американских правых Израиль — стратегический союзник и почти религиозная ценность. Для другой части, особенно для молодых MAGA-избирателей, Израиль все чаще выглядит как сугубо внешний и далеко не лояльный Америке игрок, втягивающий ее в чужие войны. Карлсон, по своей воле или нет, становится главным выразителем именно этой второй группы.

Важно отметить и то, что христианский сионизм десятилетиями был фундаментом республиканской поддержки Израиля. И Карлсон бьет именно по нему, потому что понимает: пока евангелисты считают поддержку Израиля религиозным долгом, сломать произраильский консенсус внутри американских правых невозможно.

В этом смысле оценивать происходящее как, например, личный конфликт Трампа и Карлсона было бы совершенно неправильно. На самом деле это конфликт двух версий трампизма. Америка — мировой лидер, поддерживает Израиль и при необходимости (очень частой) воюет. Или же — Америка должна заниматься только собой, а все зарубежные обязательства — это лишний груз.

Карлсон представляет вторую модель и постепенно превращается из журналиста в политика. Он уже не просто комментирует события, он формирует отдельную идеологическую платформу с такими тезисами, как антиинтервенционизм, экономический национализм, антимиграционная повестка, критика глобальных элит, дистанцирование от Израиля и культурный консерватизм. Это уже почти полноценная политическая программа.

Фактически, Карлсон консолидирует новую Республиканскую партию внутри старой Республиканской партии. С отрывом «Америка прежде всего» от «Израиль прежде всего».

Не стоит забывать и об Илоне Маске. Его намерение по созданию собственной партии вроде бы поставлено «на паузу», но кто знает, что будет дальше.

Ну а самое интересное — какова будет позиция Джея Ди Вэнса. Это единственный крупный политик, способный соединить MAGA, технологических правых, часть изоляционистов и национал-консерваторов. Если Вэнс начнет хотя бы частично перенимать риторику Карлсона по Израилю и Ирану, то мы будем наблюдать в США не медийный скандал, а перестройку всей республиканской коалиции.

Елена Панина